Гнев смотрящего

Варяг внутренне напрягся, потому что при этих словах премьер перевел свой холодный испытующий взгляд прямо на него.

– Я не держусь за свое кресло, потому и говорю с вами так откровенно, – продолжал премьер. – Кроме того, мне, разумеется, понятно, что при сложившейся в России системе власти положение председателя правительства непрочно по определению. Я согласился занять эту неблагодарную должность исключительно из желания сделать что-то полезное для страны. Кроме того, я убежден, что знаю правильное направление, в котором следует двигаться. Я не призываю вас устраивать политические акции, которые могут дестабилизировать и без того сложную ситуацию в стране.

Но я считаю, что всем нам пора осознать: не бывает экономического оздоровления без народной поддержки, а следовательно, без упорной работы по завоеванию этой поддержки.

Премьер еще раз пристально посмотрел в глаза Варягу, и тот понял, что означает этот взгляд.

Далеко не все собравшиеся знали, что сегодняшнему совещанию, хотя оно и происходило в весьма доверительной обстановке, накануне вечером предшествовала встреча премьера в узком кругу с теми, кого он имел основания считать своими единомышленниками.

Встреча проходила на личной даче премьера в подмосковном Успенском, и на ней присутствовали всего пять человек. Поводом к встрече послужила докладная записка, которую по инициативе Владислава Игнатова составили руководители оборонных предприятий. В записке шла речь о том, что дефолт, несмотря на все свои разрушительные последствия, имеет определенные возможности для выхода из кризиса, и прежде всего – в изменении валютного курса. Дефолт семнадцатого августа открывал отличные перспективы для российских экспортеров – например, для оружейного комплекса. "

"Разумеется, премьер не стал бы встречаться с авторами записки только ради того, чтобы познакомиться с ними. Инициатором встречи выступил сам Варяг – и свое предложение он довел до сведения премьера через Анатолия Ивановича Баскакова… Как человек осторожный и недоверчивый, председатель правительства поручил своим помощникам навести справки о заместителе генерального директора «Госснабвооружения». То, что премьер правительства прочитал в переданной ему через три дня бумаге, немало его удивило.

Причем удивило не столько то, что заместитель генерального директора крупного военно-промышленного концерна оказался виднейшим деятелем криминального мира – как было написано в пятистраничном документе, «смотрящим России» по кличке Варяг, – сколько та легкость, с какой криминальный авторитет оказался у штурвала государственной компании. Премьер пригласил к себе помощника, подготовившего «объективку» на Игнатова, и у них состоялся любопытный разговор.