Гнев смотрящего

Абрамов сделал из этого логичный вывод:

– Должно быть, нет заднего хода.

Вернувшийся Усманов его вывод подтвердил и добавил:

– На всех окнах, которые выходят во двор, мощные решетки, так что через окна во двор выскочить нельзя. Кроме того, в подвале под магазином расположено что-то вроде мастерской. Окна мастерской зарешечены.

– Понятно, – кивнул Абрамов, – мастерская для того, чтобы готовить товар к продаже: подчистить, подкрасить, подреставрировать, картину в рамку вставить… В мастерской заметил кого-нибудь?

– Не заметил, – покачал головой Усманов.

 – Горит лампочка сигнализации.

– Значит, никого, – согласился Абрамов. – Мастера, видимо, уже ушли. Ну что, нам пора, а то они получат бабки и уйдут. Не на улице же их вязать. Лебедев, давай!

Лебедев молча кивнул, взял кейс, протянутый ему Усмановым, выбрался из «шестерки» и зашагал к магазину. Он на глазах утратил военную выправку, ссутулился и в своей дешевенькой синтетической курточке стал походить на обычного представителя советской трудовой интеллигенции. В дверях Лебедева встретили двое плечистых громил в кожаных куртках.

– Тебе чего? – спросили они. – Уже закрыто.

– Я знаю, – закивал Лебедев. – мне надо деньги сдать.

– Деньги – это хорошо, – глубокомысленно произнес один из бойцов, улыбаясь. – Давай их сюда.

– Э-э, нет, молодые люди, – захихикал Лебедев, – извините, но я порядок знаю. Деньги вручу только директору. Она на месте?

Громилы засмеялись, потом один сказал:

– На месте… Ладно, проходи, но придется обождать.

– А мне, молодые люди, спешить некуда, – отозвался Лебедев все с тем же старческим хихиканьем, протискиваясь между курток в приоткрытую дверь.

Оказавшись в помещении, отставной майор нащупал под рукавом кнопку специального крепления на правом запястье. Он отстегнул кнопку, и в ладонь ему скользнула короткая, но очень тяжелая металлическая дубинка с удобной рукояткой, обтянутой кожей. Бойцы Коляна разинули рты от изумления, когда сутулый дядька вдруг резко развернулся, словно балетный танцор, и вскинул руку с дубинкой. Кейс отлетел в сторону, а дубинка обрушилась одному из громил на плечевой сустав, после чего парень обнаружил, что перестал владеть правой рукой – она висела плетью, словно чужая.

Впрочем, долго огорчаться по этому поводу бойцу не пришлось – следующий удар пришелся ему по темени. Его товарищ вскинул было руки, готовясь сопротивляться, и уже набрал в легкие воздуха, чтобы позвать на помощь, но тут Лебедев принялся охаживать его дубинкой по морде. Удары страшной силы сыпались градом, ломая кости. Ошалев от боли и собственной беспомощности, охранник опустил руки и после очередного удара по голове как мешок повалился на пол.