Горький квест. Том 2

О газлайтинге уйма литературы написана. Да и своими глазами видел, среди моего контингента нередко попадаются и сами газлайтеры, и их жертвы. Впрочем, газлайтеры, как мужчины, так и женщины, чаще попадаются в не очень живом виде. – Он улыбнулся. – Случается, что либо у самой жертвы лопается терпение, либо она находит себе заступника. Но это к делу не относится. Самое главное: тебе не в чем себя упрекнуть. Ты была честна со мной. И теперь тебе остается только проявить такую же честность по отношению к Денису.

– Но я не обманывала его! Я сразу ушла, как только поняла…

– Речь не об этом.

Роман быстрыми глотками допил чай и снова сел на диван рядом с ней.

– Скажи, ты разговаривала с Денисом после того, как вернулась в Москву?

– Да… Он звонил… каждый день… Я тебе не говорила, потому что… Я не могу объяснить! – в отчаянии почти выкрикнула Дуня. – Мне стыдно. Я чувствую себя такой ничтожной, глупой…

– А что с соцсетями?

– Здесь проще, я не выхожу. Когда уезжала – всех самых важных людей предупредила, что меня какое-то время не будет, никто и не беспокоится. Почту проверяю, но Денис не писал мне, он предпочитает звонить.

– Ну, это понятно, – усмехнулся Роман. – Классика жанра. Так вот, вернемся к твоей честности. Я сейчас задам вопрос, если не хочешь – вслух не отвечай, но сама себе ответь обязательно. Готова?

– Да. Спрашивай.

– Когда тебе звонит Денис, какое чувство ты испытываешь?

– Страх, – быстро ответила она.

– Можешь вслух не говорить, – напомнил Роман.

– Мне нечего от тебя скрывать. – Она слабо усмехнулась. – Я же честная.

– Хорошо. Страх возникает в тот момент, когда ты понимаешь, что звонит Денис, или по ходу разговора?

– Сразу. Как только я вижу, что звонок от него.

– Злость на него?

– Нет, на себя. Я злюсь, потому что испытываю страх, и мне стыдно, что я боюсь даже не человека, а просто голоса в телефоне. Мне стыдно, что я такая слабая и трусливая.

– И что происходит потом?

– Зависит от того, где я нахожусь, в каком настроении, в каком окружении. Иногда мне удается скрыть свои эмоции, как-то отшутиться, более или менее удачно… Но так бывает редко. Чаще я просто пытаюсь отбиться от ударов, а потом реву, как дура.

Она вдруг задумалась над собственными словами. Почему Ромка задает эти вопросы? Ведь за последние полгода они десятки, да что там десятки – сотни раз говорили об этом, и Дуня рассказывала ему все то же самое, что и сейчас. Ничего нового.

Ничего нового? А ведь Ромка прав, после возвращения в Москву реакция Дуни на звонки бывшего любовника стала иной. Да, страх по-прежнему возникал, стоило ей увидеть на дисплее смартфона имя Дениса, но он сменялся раздражением мгновенно, еще до того, как она успевала ответить на звонок.