Город Богов 4

Перед ней целая стопка документов, ждущих подписания. Но Белкина задумалась, забылась. На столе две фотографии в рамках. Одна фотка моя. Не припомню, когда она была сделана. На второй фотографии мальчишка лет двенадцати. Похожий на меня, но все-таки больше похожий на Белкину. Я не против, если сын больше похож на мать, чем на отца. Это даже хорошо. Надеюсь, он унаследовал ее дар.

Белкина стала старше. Когда мы с ней расставились, она была очень молода. Ей только исполнилось восемнадцать лет. А теперь она зрелая женщина. Очень красивая. Магия позволяет ей поддерживать идеальное здоровье и внешность.

— Какого лешего, Белкина? Почему ты ни с кем не сошлась? Я хочу, чтоб ты была счастлива.

Стало ясно, что Белкина меня не слышит. Я не ее бог. А она не моя жрица. Но все же она что-то почувствовала."

"— Эх, Кротовский-Кротовский, скотина ты бесчувственная, — пожаловалась Белкина.

— Я же не о себе думал, Белкина. Я хотел обезопасить тебя и сына.

— Ты все время думал о делах, — упрекнула меня Белкина, — Стремился к высотам. Разве нужны все эти высоты для счастья?

— Извини, Белкина. Ты права. Для счастья нужно совсем немного.

Белкина горестно вздохнула, окончательно отодвинула от себя неподписанные документы и придвинула к себе обе фотографии.

— А я в итоге осталась совсем одна. Ты опять умчался всех спасать, а наш сын…

— Где наш сын, Белкина?

— … а наш сын далеко. Он даже не в этом мире. И я не знаю, где. Ева отвела его очень далеко и не говорит, куда. Она говорит, что так безопасней.

— Ева права. Мозголомы могут вытащить из тебя любые знания… Где сейчас сама Ева?

Белкина вдруг вздрогнула и заозиралась. Посмотрела прямо сквозь меня, но меня конечно же не увидела.

— Что-то я совсем рехнулась, — упрекнула она сама себя, — Сама с собой разговариваю.

Она отодвинула фотографии, пододвинула бумаги и начала читать верхний документ.

— Я знаю, Белкина, что ты меня не слышишь. Но я хочу сказать, что очень люблю вас обоих. И тебя, и сына, которого никогда не видел.

— И я тоже… я тоже… — негромко сказала она, не отрываясь от работы.

Я вылетел из особняка. Попытался отыскать Еву, но не нашел ее, зато отыскал многих старых друзей, в том числе Комаринского, дослужившегося до полковника. Но к огромному сожалению, никто из них меня не слышал, даже когда я пытался орать прямо в ухо. Вернулся в сумрачные дюны межмирья, так ничего толком и не выяснив.

— Босс, ты как будто расстроен, — заметил волк.

— Я надеялся что-то узнать о сыне, — ответил я, — Меня радует только то, что его спрятали в другом мире.

— Зачем?

— Наверное, на всякий случай. В Кустовом обстановка не ощущается напряжённой. Только вот Горыныч слов на ветер не бросает.

— Горыныч? Тот двухголовый бог? — уточнил Гамлет.

— Он самый. Наши пути снова пересеклись. Он снова угрожал.