Город драконов. Книга седьмая

Безумно жестокой, бесчеловечной, безжалостной, достигающей целей любыми средствами и любыми жертвами. Вероятно, это течение магии зародилось где-то на востоке, там где человеческая жизнь стоит столь дешево, что с количеством жертв никто не считается. Но вы оказались чрезмерно бесчеловечны даже для востока, не так ли?

Лицо женщины исказила ярость.

– Ограниченные, узколобые, неспособные мыслить масштабно людишки! – прошипела она.

И я улыбнулась. Моя улыбка не была реакцией на что-то забавное, скорее это было выражением осознания неизбежности принятия решения. Решения столь жестокого, сколь и необходимого.

– Таккария Стивенсон, – тихо произнесла я.

И та, что восседала на троне, вскинула на меня напряженный, обеспокоенный взгляд – это имя она знала. Все иные имена, произнесенные мной, для нее не значили ничего, но именно это имя…

– В какой-то момент вам пришлось вмешаться в это дело лично, не так ли? – поинтересовалась, уже зная ответ.

Криво усмехнувшись, эта исполненная злобой женщина, насмешливо произнесла:

– Глупая кукла Стентона, оказалась не такой уж и глупой. Занятно.

– Да, – была вынуждена признать я. – Весьма занятно. Как впрочем и то, что вы попытались вмешаться, едва вам стало известно, что профессор приступил к исследованию и изучению феномена «Память крови».

Чудовище на троне замерло, беззвучно переживая новый приступ тошноты.

– Это очень странно, вы не находите? – продолжила я. – «Память крови» – явление, в теории, присущее лишь драконам. Причем, насколько мне удалось выяснить, исключительно Ржавым драконам. Но вот что действительно забавно – именно Ржавые драконы предприняли все возможные меры, чтобы их потомки утратили эту самую кровную память. Интересно, почему? Не от того ли, что родители, как и все нормальные родители, а не личности вроде подконтрольного вам герцога Карио, пытались защитить своих детей?

Она молчала, потрясенно взирая на меня и не в силах выдавить ни слова.

Что ж, этим она лишь подтвердила мою теорию.

– «Память крови» была создана искусственно! – уверенно заключила я.

Она едва не обронила свой платок, но тот зацепился за один из золотых «когтей» и жалко повис.

– Ранее, – продолжила я, все с той же горькой улыбкой, но я не могла более держать эту горечь в себе, – я полагала, что «Память крови» один из естественных этапов эволюции, отголосок мер, позволяющих выжить. Что-то сродни человеческому страху во время наступления сумерек, или же страху порожденному глубокой мутной непроглядной водой. Но в ситуации с Бетсалин вы выдали себя. «Память крови» – это инструмент. Инструмент, позволяющий вам контролировать Ржавых драконов. По счастью не всех, но переживших трагедию, испытавших горе утраты, оказавшихся наиболее уязвимыми. Вы наносили удар по самым слабым.