Господин моих ночей. Книга 2

Он шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы, и это немного отрезвило.

— Айт… Совет… Забыл?

— Забудешь тут.

На мгновение меня теснее прижали к горячему телу, недвусмысленно демонстрируя всю силу желания, а потом развернули лицом к открытому окну. К солнцу. Свету. Улыбке Айтона.

— Давай помогу.

Его пальцы нарочито медленно начали застегивать пуговички на лифе, успевая нежно поглаживать обнаженную кожу, затем, словно ненароком, коснулись груди, и я не сдержала стона.

Нет, это Сахтар знает, что такое.

Муж тут же остановился.

— Давай никуда не пойдем, лисенок? Как-нибудь обойдутся и без нас. Закроемся на сто тысяч магических замков, снимем все эти тряпки и прикажем не тревожить нас, как минимум… часов десять. В душ вместе сходим для начала, м-м-м? — хрипло шепнул он.

А я…

Я замерла.

«…никуда не пойдем… сто тысяч замков… прикажем не тревожить» — эхом отдавалось в голове, пробуждая почти забытые горькие воспоминания."

"— Что случилось, Лис? — напрягся Айтон, как всегда моментально считывая мои эмоции и настроение.

— Я уже видела эту сцену. Давным-давно, во сне. Эта же спальня… Утро… Ты подглядывал, а я ворчала, а потом мы решили никуда не ходить, спрятаться ото всех и попросить Хвича кормить нас, а он…

— Р-р-р, — раздалось снаружи негодующее.

— А он вот так же на нас рычал и мял цветы... Хвич, — я вывернулась из рук мужа и шагнула к окну. — Оставь, наконец, многострадальную клумбу в покое. Бедный Юир вчера чуть не плакал.

В ответ горгул гневно засопел, но все же отступил на песчаную дорожку.

— Поторопитесь! — мстительно громыхнул он оттуда. На окнах тоненько звякнули стекла, а недотоптанные цветы испуганно поникли.

Все, точно отдам этого проныру садовнику в добровольные помощники. Пусть перевоспитывается.

Погрозила фамильяру пальцем и развернулась к мужу, торопливо застегивая оставшиеся пуговицы.

— Закончилась наша увольнительная.

— Да, пора...

Хуспур встретил нас тишиной, что казалось почти невероятным. Прежде тихая и пустая башня в последние годы стала какой-то уж очень густонаселенной. Люди, маги, фамильяры… Не родовая твердыня, а проходной двор.

— А где все?

Айтон так же удивленно озирался по сторонам.

— В Лафуре? — предположила я, пожав плечами.

В свое время Эвераши и Нетгарды так и не сумели договориться о том, где мы с Айтоном поселимся, и объединили башни постоянным стационарным переходом, так что теперь обе семьи жили на два дома.

— Или в главной оранжерее, — выдвинул свою версию муж. — Пойдем, посмотрим.

Айтон оказался прав. Оранжерея встретила нас топотом, возбужденными воплями и воинственным возгласом:

— Сдавайтесь, презренные… — говоривший на миг замялся, подбирая слова, а потом уверенно закончил: — В общем, сдавайтесь все.