Господин моих ночей. Книга 2

Фамильяры…

Я совершенно точно, без всяких объяснений знала, что это именно они в своем далеком отсюда питомнике радуются моему пробуждению. Ощущала нашу связь так же остро и отчетливо.

Торопливо вскочила на ноги, подбежала к окну, подняла раму и замерла, запрокинув голову, прислушиваясь к биению маленького солнца внутри. Яркого, горячего.

Надо же, высшие — носители тьмы, а магия у них серебряная. Или это только у меня? Кто-то же сказал тогда, что я первая Хозяйка за долгое время, если мне, конечно, не послышалось. Вчера сразу из лаборатории я, счастливая, уставшая, полусонная, угодила в руки целителей, затем в объятия встревоженной мамы, в них, устроившись поудобнее, почти сразу и уснула.

Благополучно проспала весь оставшийся день, ночь, и ни о чем отца так и не расспросила. Но ничего, еще успею.

Теперь я все успею…

Следующие дни промелькнули в каком-то хмельном, горячечном возбуждении и нетерпении. Новые ощущения, впечатления, сведения. Новый мир. Новая я. Все навалилось разом, захлестнуло, будоража, сбивая с толку, разжигая во мне азарт и нетерпеливое предвкушение.

— Дар играет, — тепло улыбаясь, пояснял отец, — Он сейчас как новорожденный единорог, что вскочил, наконец, на ноги, вырвался на простор и понесся во всю прыть, наслаждаясь волей и независимостью.

Единороги, сказочные существа с белоснежной гривой и золотыми копытами. Неужели и они существуют? Представила себя тонконогим рогатым олененком, который, мчится вперед, вытаращив глаза и сбивая всех на своем пути. А сзади с ругательствами спешит запыхавшийся Эвераш, поминая недобрым словом свалившийся на его голову подарок судьбы.

И рассмеялась.

— Первое время стоит быть осторожнее. Больше отдыхать и не переутомляться, пока энергетический фон не стабилизируется, — настойчиво убеждал Кронерд. Добавляя с плохо скрытой отеческой гордостью: — Ты очень сильна, девочка моя.

Но я не хотела ни отдыхать, ни осторожничать. Хватит. Ликование бурлило внутри, грозя разорвать меня на части. Я маг... Нет, не просто маг — высшая. Да еще и Хозяйка. Удивительно.

Казалось, окружавшая меня прочная скорлупа, которую все ошибочно принимали за настоящую Элис, вдруг треснула, осыпалась бесполезной трухой и из-под нее выглянула подлинная я.

Не послушная, правильная, хорошо воспитанная аристократка, а пылкая, любознательная, неугомонная девчонка, стремящаяся все понять и узнать. А главное, свободная.

— Ты всегда была такой, — качал головой отец, — с самого начала.

Эвераш почти не отходил от меня. С мамой я виделась только перед сном, она неожиданно увлеклась учебой и с утра до вечера занималась, сидела над книгами или общалась с преподавателями.