Гувернантка для герцога

Вполне естественно испытывать к тебе сочувствие.

— Ты меня не слушаешь? Я дал слово дяде. Пообещал ему, что глаз не буду спускать с брата. И нарушил это обещание — в самом недостойном месте, в самое неподходящее время. Его ударили кинжалом рядом с игорным заведением, а потом он истек кровью, оставленный в безлюдном месте. А где в это время был я? На убогом постоялом дворе, в постели с девицей. Я даже не знал, как ее зовут… Не оправдывай меня.

Александра шагнула к нему.

— Мне просто…

— Я серьезно говорю. — Останавливая ее, Чейз вытянул вперед руку. — Не надо, Алекс.

Пожалуйста, не пытайся обнять меня, прижать к груди голову, поцеловать в лоб, погладить по волосам… Не говори, что я ни в чем не виноват и что все меня не так понимают.

Алекс поморщилась.

— Даже не собираюсь этого делать.

— О! — удивился он. — Уже хорошо.

Проклятье!

Она опустилась на диван и похлопала по свободному месту рядом, приглашая Чейза сесть. У него не нашлось сил отказаться. И это было неудивительно. Он никогда не мог отказать женщине, если она предлагала сократить дистанцию. В этом, собственно, и заключалась причина всех его проблем.

Алекс повернулась к нему, опершись локтем на спинку дивана и подперев щеку ладонью, — красивая, задумчивая.

— Ты совершил ошибку, — сказала она. — И не маленькую. Весьма серьезную ошибку, с тяжелыми последствиями. Ты нарушил обещание, данное дяде, и бросил кузена в тот момент, когда должен был находиться рядом с ним. Да, не ты пустил в ход кинжал и пролил кровь, но ты не предотвратил несчастье.

Чейз с трудом проглотил комок в горле.

— Если ты испытываешь чувство вины, я не собираюсь разубеждать тебя.

По правде говоря, я бы перестала тебя уважать, если бы ты не чувствовал себя виноватым.

— Что значит, ты перестала бы меня уважать? Когда это ты начала меня уважать?

— Не помню точно. Но в какой-то момент это должно было случиться. Если не раньше, то уж совершенно точно ты заслужил мое расположение, когда выловил Миллисент из Серпентайна.

— Это было чистейшее упрямство. Проклятая кукла не собиралась умирать. Надо было просто помочь ей в этом.

Алекс улыбнулась.

— Я знаю. И вот именно поэтому я поверила, что ты сможешь стать самым лучшим опекуном для девочек, их защитником.

Потому что ты совершаешь ошибки и учишься на них."

"— Учусь, да. Выучил, например, что на меня нельзя возлагать такого рода обязанности.

— Твоя единственная обязанность — любить их. Все остальное приложится.

Она стала загибать пальцы один за другим, обосновывая свое заявление. Ни кусочков сахара, ни графинов с крепкими напитками ей уже не потребовалось.

— Ты заботишься о сиротках. Они тебя обожают. В денежном плане тебе под силу выполнить любое их желание.