Гувернантка для герцога

Рыбу я заменила солеными огурчиками.

Она показала на другую половину блюда.

— А это мои обычные сандвичи. Из чины. Всем очень нравятся.

— Из чины?

— Да, это своего рода ветчина, приготовленная из овощей, которые сворачивают в рулет и тонко нарезают. Все говорят, что это даже вкуснее, чем настоящая ветчина.

Алекс перехватила его взгляд.

«Только посмей обидеть ее. Только посмей! В жизни тебя не прощу!»

— Леди Пенни, это звучит заманчиво, — мягко сказал Чейз, и на миг даже Алекс поверила ему. — Благодарю вас. Возьму парочку.

В конце концов он съел по три сандвича каждого вида и попросил Пенни записать для него рецепт.

Потом похвалил выпечку Николы и выслушал последние соображения по поводу ее последнего увлечения — решения технической проблемы прокладки туннеля под Темзой.

Даже ежик не стал сворачиваться в комок у него на руках, подставив свой шелковистый животик, чтобы Чейз его осторожно погладил.

Чейз не допустил никакого непростительного шага и держал себя как джентльмен. Ну если только был непростительно обворожителен…

Когда все прощались, уезжая. Пенни насмешливо шепнула Алекс на ухо:

— Ну-ка скажи, что чувствуют те, кто влюблен?

Безнадежность — пронеслось в голове Александры.

И ведь действительно безнадежность, потому что так оно и было.

Глава 27

На следующее утро у себя в конторе Чейз схватился за бок и простонал.

Барроу искоса посмотрел на него.

— Это по поводу банковских счетов?

— Нет, это чина. А может, и тунец.

— Не буду расспрашивать дальше.

— Правильно. Не хочу об этом говорить.

Закинув руки за голову. Барроу зевнул.

— Ты знаешь, я обратил внимание, что в последние недели кукла Дейзи не болеет.

— Полагаю, мое пребывание в постели доставило девчонкам больше развлечений.

— Хм, — Барроу задумчиво посмотрел в окно. — Говоря о постели… Позволю себе заметить, что у тебя уже несколько недель не было женщины.

— О да! Мне наконец удалось выдержать целибат в течение этих нескольких недель. Все, что я мог делать, это стараться не умереть. — Прищурившись, Чейз посмотрел на брата. — Вообще-то ты, о чем? Только не говори, что собираешься уговаривать меня никуда не отправлять девчонок.

— Я собирался предложить тебе жениться на мисс Маунтбаттен.

И оставить девочек при себе.

— Что? Это невозможно.

— Разве ты не влюблен в нее? Я даже думал, что ты ее любишь.

Чейз не стал отвечать Барроу. Он с легкостью избегал неудобных вопросов. У него был огромный опыт избегать даже мыслей на эту тему.

— Неважно, что я чувствую к ней, — сказал он. — Я никогда не женюсь. И ты знаешь причину.

— Но твоя причина неубедительна.

— Я виноват в смерти своего кузена. И не хочу вместе с моими жалкими потомками занимать место Энтони.