Гувернантка для герцога

«За исключением нескольких минут по утрам, когда он, здороваясь, держит меня

за руку, и того глупого поцелуя на кухне!»

— Ладно, прекрати, — начала умасливать ее Пенни. — Мы твои подруги. Если он обхаживает тебя, ты должна нам об этом рассказать.

Никола застонала.

— Если он пристает к ней, ты хочешь сказать.

— Тут нечего рассказывать. — Продолжала упираться Алекс. — Никаких ухаживаний.

Ничего непристойного. Вообще ничего.

Она даже не подумала, насколько правдиво это ее заявление.

«Такое больше не повторится», — сказал он.

Так и получилось.

Поцелуй в кухне был последним, когда она позволила себе унестись в заоблачные дали.

— Поверьте мне, — убеждала Алекс подруг. — Я скорее предпочту найти свое будущее в астрономии, чем в объятиях Чейза Рейно.

Никола вскинула голову.

— Ой, чуть не забыла! — Она развязала ленты на шляпке, осторожно сняла ее, а потом выудила из нее коричневый бумажный пакет и протянула Алекс. — Наконец я научилась правильно печь лавандово-ванильное песочное печенье. С седьмой попытки. Но теперь печенье не напоминает мыло по вкусу, как раньше.

Алекс приняла пакет.

— Ты несла его в шляпке?

— Коза все время норовила вырвать пакету меня из рук, а Пенни сказала, что сладости Мэриголд противопоказаны. Когда ты отправишь это животное назад, в деревню?

— Когда козочка выздоровеет. У Мэриголд исключительно нежное пищеварение.

— Ну разумеется, — сухо заметила Ник, наблюдая, как Пенни уговаривает козочку

оставить в покое полуобъеденный — Вот уж действительно — нежнее пищеварение.

Прижимая к себе пакет с печеньем двумя руками, Алекс поцеловала Николу в щеку.

— Спасибо, это как раз то, что мне нужно.

— Это всего лишь песочное печенье, — уточнила Никола.

Алекс улыбнулась.

— Нельзя недооценивать силу бисквитов.

Проводив подруг, Александра заторопилась назад. Вернувшись в классную комнату, сразу направилась к доске.

Семь попыток! Никола шесть раз пробовала испечь печенье, и только на седьмой раз оно стало съедобным. Алекс нужно брать с нее пример.

Пять предметов, мелом написанные на доске, не были правильным рецептом, чтобы получить образование. Они были чем-то вроде шести неудачных попыток Николы испечь лавандово-ванильное печенье.

Алекс вытерла доску.

— Больше не будет ни арифметики, ни этикета. У нас будет новый набор предметов.

— Это вы, о чем? — поинтересовалась Розамунда.

— Вам хочется нарушить все существующие правила? Объехать весь мир? Быть свободными? Для этого у вас есть единственная возможность. — Алекс написала на доске слово и подчеркнула его толстой решительной чертой. — Пиратство.