Гувернантка для герцога

«Чарлз» звучит как-то глупо и занудно, а вот «Чейз» — проказливо и жуликовато. Возбуждающе! Никакой женщине не захочется воскликнуть в постели: «О. Чарлз! Да-да, Чарлз!» А вам, к примеру?

— Э…

— Забудьте, что я сказал.

Александра, конечно, попытается, но вряд ли у нее это получится.

— Расскажите, как вы учились в школе.

— Про школу?

— Скукотища на уроках, мрачные классы. Если у вас случайно директриса оказалась суровой сухопарой грымзой с торчащими вперед зубами, я бы с удовольствием

выслушал об этом прямо сейчас. И со всеми подробностями.

— Моя любимая учительница совсем не была ни сухопарой, ни отталкивающей.

Она была очень милой женщиной, но могла отшлепать за плохое поведение.

— Правда? — спросил он со слабым стоном.

— Крепкий удар линейкой прямо по заду.

— Я передумал, давайте не будем говорить на эту тему.

Ей наконец удалось зацепиться ногтями за веревку.

— Думаю, с узлом у меня начало получаться.

— Ну слава богу! — выдохнул Чейз.

— Не уверена, что распутаю узел, если мы не ослабим натяжение веревки. У вас есть возможность прижаться ко мне еще теснее? На несколько секунд, не больше. Мне нужно всего полдюйма.

Он ответил задушенным голосом:

— Если нужно, делайте, только быстрее. Иначе мы заставим семь добрых дюймов двинуться не в том направлении.

— Что? Не поняла.

— Неважно.

Александра вытянулась, повернула голову — получилось так, что пришлось прижаться щекой к его груди. Подбородок он положил ей на макушку, тяжелый, квадратный. Она слышала, как гулко стучит его сердце. Эти удары отдавались у нее в животе.

На миг Александра забыла об узле. И о детской, и о девочках — обо всем на свете, кроме этого сильного, поджарого мужского тела.

Она обернулась вокруг этого тела, как парус оборачивается вокруг мачты в шторм. Вдруг Чейз ухватил ее за бедро и изо всех сил прижал к себе. Теперь они стояли как два любовника, заключившие друг друга в объятия.

Чейз резко выдохнул. Веревка провисла, и это дало ей возможность просунуть дрожащие пальцы в образовавшуюся петлю и потянуть за веревку.

Все! Узел распустился.

Они были к этому не готовы. Тесно прижавшись друг к другу, они сохраняли равновесие кегли при игре в боулз. Неожиданно получив свободу, они закачались и начали падать, причем то, что Чейз по-прежнему удерживал ее за пятую точку, означало, что Алекс обязательно упадет вместе с ним.

И она рухнула на него. Когда они оба оказались на полу. Чейз смягчил ей падение, приняв главный удар на себя.

— Уф!

Александра приподнялась на локтях.

— Сильно ударились?

— Нет.

— Но вы стукнулись головой. — Она ощупала его затылок. — Скажите что-нибудь.

— Ой!

Алекс засмеялась — и облегченно, и нервно.

— Теперь я понимаю, что ощущает эта их проклятая кукла.

— Очень больно?

— Больно будет завтра.