Я знаю твою тайну (СИ)

— Здравствуй, Сашенька, — поправив перчатки, взволнованно улыбнулась она. — Ничего не случилось… Просто хотела с тобой увидеться. Мы можем поговорить?

— Конечно, — коротко кивнула я. — Давайте пройдём…

— Нет, нет. Я тебя надолго не задержу…

Повисла неловкая пауза. Казалось, встревоженная Антонина Семёновна, пытаясь подобрать нужные слова, не знает, с чего начать. Я же, понимая, насколько важен для неё этот разговор, терпеливо ждала.

— Это моя вина, Сашенька, — вздохнув, Антонина Семёновна поджала губы. — Я, как мать, не смогла правильно воспитать Эдуарда. Из-за моей слепой любви к нему рушится ваша семья… Поэтому если ты и должна кого-то винить, то только меня.

— Нет, Антонина Семёновна, — пытаясь успокоить, я прикоснулась к её плечу. — Ваш сын давно не ребёнок. Все решения — его осознанный выбор. Неужели он не знал, к чему может привести связь с другой женщиной? Глупости.

— Я всё понимаю, милая… И ни в коем случае не оправдываю его! Но, может, в этот раз ты сможешь проявить великодушие и простить непутёвого мужа? — Её глаза были полны надежды. — У меня сердце разрывается, когда представляю, что вы разойдётесь…

— Простите, но, к сожалению, наш брак не спасти. — Я убрала руку. — Я закрываю глаза и вижу, как он целует её, слышу ласковые слова, которые…

— Ради Николь, — перебив меня, Антонина Семёновна прикоснулась к моему плечу. — Ребёнок должен расти в полной семье!

— Ребёнок должен расти в счастливой семье. — Я понимала, что для неё мои слова звучат неубедительно. — Как вы не понимаете, что для Николь измена отца тоже стала большим потрясением!

— Ты ей рассказала? — взгляд Антонины Семёновны в мгновение потух.

— Нет. Она сама всё видела и слышала в больнице. — Чувствуя, как раскаляюсь от одной только мысли об этом, поспешила закончить разговор: — Антонина Семёновна, я безмерно вас люблю и уважаю… Но наши отношения с Эдуардом закончены. Надеюсь, нас быстро разведут, и каждый пойдёт своей дорогой.

— Сашенька… — на родном лице появились слёзы.

— Пожалуйста, не плачьте, — крепко обняв её, прижала к груди. — В любом случае вы бабушка Николь. Она вас безумно любит. И это никогда не изменится. Будете также встречаться, гулять вместе, брать её к себе с ночёвками… Я никогда не стану препятствовать вашему общению.

— А Эдик? Ему сейчас так тяжело справляться одному…

— Он не один, Антонина Семёновна, — непроизвольно вздохнула я. — У него есть вы, Николь, Лена…

— Не называй при мне её имени! — резко закричала она, высвободившись из моих объятий. — Это из-за этой мерзавки умерла Саша! Если бы не она…

— О чём вы говорите? — удивилась я. — Насколько я знаю, мама Николь умерла в родах…

— Да, только….

Глава 34

Весь рабочий день я думала над словами Антонины Семёновны.