Испорть меня

Это он думает, что будет развлекаться с ней, а после приезжать и прикасаться ко мне? Как вчера?!

От этих мыслей щеки вспыхнули еще сильнее, а коктейль из ярости и гнева получился настолько взрывоопасным, что я начала переживать за последствия этого взрыва.

Айдаров прищурился, а после подался вперед так, что мне не оставалось ничего кроме, как вжаться в стену. Бояться его я не перестала. Тем более тогда, когда он так смотрел. Что аж душу на изнанку выворачивало.

— Что это, Лиза, ревность? — Мужик вопросительно выгнул бровь, а я громко сглотнула."

"— Не дождешься, — выплюнула в ответ. Мой голос начинает звучать громче. Сердце то и дело ударяется о ребра. Я не знаю что это. Даже думать не хочу, что ревность. Потому что… Потому что в таком случаи получается, что я в полном дерьме. Получается, что у меня что-то есть к этому мужчине… А я совершенно этого не хочу!

— Кажется уже дождался, — криво усмехается, а после наклоняется так, что его горячее дыхание обжигает кожу лица. Мамочки… мое сердце сейчас вообще биться перестанет. Трусливо упадет в пятки и не станет подавать признаков жизни.

""Ловите промик на очень горячий и опасный роман=)) ""Моя за долги "" Ярл Конг coVmzZXr""

Мои глаза распахиваются настолько широко, что кажется я не смогу даже моргнуть.

— Я… что… ты…

— Устраиваешь мне сцену ревности на людях. Ведешь себя как капризный ребенок. Ты ведь вполне могла дождаться пока мы сядем в машину, но решила повеселить всех вокруг.

— Ой, прости, не могла… Ведь сесть с тобой в машину — означает находиться с тобой в одном пространстве! А мне мерзко, понял?! Что если я пойду и с кем-то…

Взвизгиваю, потому что Айдаров в этот момент со всей дури заезжает кулаком в стену над моей головой. Зажмуриваюсь и сжимаюсь в маленький комочек.

— Я стараюсь быть терпеливым, девочка. Но очень сложно это делать, когда ты провоцируешь каждую секунду.

Его дыхание утяжеляется, я это прекрасно слышу, понимаю, что он в бешенстве. Но, а я не могла по другому. Это мерзко, противно, отвратительно! Значит он не хочет чтобы ко мне кто-то прикасался. Угрожает физической расправой, а сам получается…

— Это нечестно, — глубоко вдыхаю и поднимаю лицо вверх, впиваюсь взглядом в его глаза, — не честно, когда у меня есть запреты, а ты себе позволяешь все что хочешь.

— Жизнь вообще не справедлива, — его голос холодный. Как хирургический скальпель, который причиняет боль. Физическую. Хочется плакать. До крика. До ужаса. До громких всхлипов.

— Я хочу тоже поставить условие, — сдерживаю рыдания, сжимаю пальцы в кулаки так, что ногтями впиваюсь в собственные ладони. До жгучей боли. Это отрезвляет лучше всего.

— Условие? — В его голосе слышится удивление, смешанное с интересом.

— Да, заключим договор на словах. Хочу, чтобы ты знал.