Испорть меня

"

"— Верни, — от голоса Айдарова даже я вздрагиваю, а Даша начинает вся дрожать, — иначе я сам заберу.

Сестра бледнеет еще сильнее, ее всю трясет. Переводит взгляд с меня на Айдарова и обратно. А после заводит руки за шею и снимает мою подвеску.

— Как же я тебя ненавижу, — швыряет в меня мамину драгоценность, но я успеваю ее перехватить рукой и подвеска не падает на пол.

— Не поверишь, но это чувство полностью взаимно, — говорю в ответ и Айдаров, сжав мою руку, выводит меня из комнаты. А я улыбаюсь сквозь слезы и прижимаю к себе подвеску. Самое дорогое, что у меня есть.

****

Подрываюсь на кровати от громкого звука. Сердце грохочет в груди как сумасшедшее, я часто дышу и оборачиваюсь по сторонам. Не сразу понимаю, что я нахожусь в своей комнате… В доме Айдарова… Вокруг темно… И только громкие звуки с улицы заставляют меня вздрагивать раз за разом.

Запах грозы проникает в мою комнату, холодит кожу, заставляет дрожать. За окном ливень… гроза и гром. Все вместе. От этого яркого коктейля становится почему-то страшно. Никогда не боялась такой погоды. Никогда не пряталась от громких звуков грома под одеяло, а сейчас все иначе.

Мне страшно. Снова новый раскат гроза и я вздрагиваю. Одеяло никак не помогает согреться.

Встаю с кровати и подхожу к окну. Зрелище на улице просто завораживающее. Я вижу как светится небо. Как молния рисует свои узоры. На улице самый настоящий ураган… Он так сильно похож на то, что сейчас происходит внутри меня…

Обнимаю себя на плечи и продолжаю смотреть. Сегодня я окончательно лишилась семью. Поняла, что никто и никогда меня там не любил. Каждый использовал в своих интересах. Искал выгоду… А я… Я до сих не понимаю как такое возможно. Почему чужой по сути человек беспокоится обо мне больше, чем родной отец? Почему Айдаров может меня пожалеть и защитить, а отец… нет? Что и где я сделала не так? В какой момент? Или я просто виновата в том, что родилась… Появилась на свет? Отец хотел не дочерей, он всегда мечтал о сыновьях и значит таким обращением к нам так нас наказывал?

Новый раскат грома заставляет меня отпрыгнуть от окна. Это было действительно страшно. Даже пальцы рук занемели от ужаса.

Иду к своей кровати. Становлюсь рядом. Смотрю на постель, но не ложусь…

Понимаю, почему так себя чувствую. Почему так испугалась непогоды. Я не хочу быть одна… Сегодня, я до ужаса не хочу быть одна.

Оборачиваюсь и смотрю на дверь своей спальни. Сердце в груди начинает биться сильнее. От собственных мыслей становится дурно. Нет. Это точно плохая идея.

Идти в спальню Айдарова посреди ночи… Наверное, идеи хуже просто быть не может.

Сжимаю пальцами подол своей ночной рубашки. Она явно не подходит для того, чтобы показываться в ней на глаза Айдарову.