Истинный выбор

Сейчас с каждой схваткой сквозь меня словно проходил раскалённый вертел.

Я пыталась ходить по комнате, снова ложилась, вставала на четвереньки пытаясь найти удобное положение тела. Повитуха заботливо массировала мне поясницу, и это дарило кратковременное облегчение. Потом я снова сжимала зубами край простыни и пыталась правильно дышать, но какое уж там! Кто придумал эту боль, как вообще возможно её выносить, неужели, это когда-нибудь закончится? Все эти вопросы по кругу вертелись в голове, но ответов на них у меня не было.

Повитуха убирала с моего лба влажные пряди волос, ласково гладила и шептала что-то ободряющее.

Целитель время от времени заставлял переворачиваться на спину, больно давил на живот, пытаясь сканировать, и лишь недовольно кривился.

Мне становилось всё тяжелее и тяжелее. Потом я вовсе перестала вставать и даже с трудом поворачивалась на кровати.

Спустя какое-то время схватки неожиданно начали затухать. Долгожданная передышка, чего ещё можно желать?

Но обрадовалась только я. Целитель и повитуха обеспокоенно переглянулись. Женщина внимательно и долго разглядывала меня под простынёй, после чего приложила к животу какую-то трубочку, и прислушалась.

Покачала головой, глядя на целителя, тот сразу вышел из комнаты. Повитуха достала сумку и принялась звенеть бутыльками и склянками.

Лэйтон.

Нервно ходил из угла в угол под дверями спальни Ангелины. Самое отвратительное чувство — ощущение собственной беспомощности, когда страдает любимая женщина. Если бы только я мог хоть как-то помочь, облегчить её боль! Если бы всё сложилось иначе, и Стихия воды приняла тогда Ангелину. Если бы, если бы…

Дверь открылась, и из спальни вышел целитель.

По выражению его лица сразу стало ясно — дело дрянь.

— Лорд Стилл. — Губы уголки губ мужчины опустились вниз. — Роды тяжёлые. И, судя по их течению, исход может быть любой. — Я ощутил, как кровь отхлынула от лица. — Вам нужно выбрать, кого спасать в критической ситуации: мать или дитя. Пока ещё есть время подумать и решить.

— Что? — Нахмурился ещё больше. — Почему я должен выбирать? Вы здесь для чего вообще? Я выбираю обоих! — Страх и злость на себя и своё бессилие раздирали грудь. Я нервно ослабил ворот рубашки.

— И всё-таки, Лорд Стилл, — целитель продолжал сверлить меня взглядом.

— Не думайте над ответом слишком долго.

С этими словами мужчина вернулся в спальню, а я устало опустился в кресло, ссутулился, опершись локтями о колени, и зарылся пальцами рук в волосы. Кого спасать? Конечно, любимую, мою Ангелину! Вот только, имею ли я моральное право делать этот выбор? Если она узнает, никогда не простит!

Из спальни донёсся сдавленный женский крик. Чёрт, чёрт, чёрт! Сидел, зажимая уши, чтобы не слышать её криков и едва сдерживая слёзы. Время шло.