Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Сбил один «мессер», веду бой со вторым, – успел я быстро отчитаться, пикируя вниз и пытаясь перехватить немца на боковом векторе.

– Пестик, я Тычинка, приказываю прекратить бой и уходить, как понял меня?

Немец попытался уйти вверх и вбок, но я ждал от него именно этого, и он сам влетел под мои снаряды. Задымив, «мессер» развернулся на запад и попытался уйти на бреющем, но я успел раньше. Дав очередь из пулеметов по мотору, все-таки заставил его воткнуться в землю в нескольких метрах от рва, откуда за нами с недоумением наблюдали работники. Пролетев над ними, я свечой пошел в небо.

– Тычинка, я Пестик. Сбил второго, возвращаюсь… Твою мать!!! – успел крикнуть я, увернувшись от атаки очередной пары немцев.

– Тычинка, я Пестик, внезапно атакован еще одной парой «мессеров», веду бой-й-й. – Последнее слово я простонал от перегрузок, уходя от очередной атаки. Немцы разделились по одному и беспрерывно наскакивали, уводя меня на свою сторону. Под нами снова был ров.

– Пестик, уходи, это приказ! – услышал я голос Никитина.

– Не могу, зажали, опытные твари. Асы.

– Пестик, жди. Помощь вылетела.

– Не успеете. Сам справлюсь, я тоже не пальцем деланный…

Я испугался. Честно. Немцы были выше меня по уровню и технике пилотирования, что бы я ни пытался сделать, там меня уже ждали. Просто чудо, что еще не сбили, хотя плоскости крыльев уже лохматились пробоинами.

«Ах так, твари? Ну получите!»

Этот способ боя наши летчики прозвали «клубком». Там была совсем другая техника пилотирования. Я, если честно, ею так и не овладел, хотя и пытался… на симуляторах. Но теперь все было на грани жизни и смерти, так что с безумной улыбкой я бросился в очередную атаку.

Понятное дело, что второй «мессер» меня перехватил, но я не отвернул, и хотя мой трофей затрясся от попаданий, я не обращал на это внимания: поздно, атакованный мною истребитель уже был в прицеле.

Вспыхнув от короткой пушечной очереди, он вонзился в близкую землю. Бой мы вели уже на бреющем, чуть ли не касаясь крыльями земли при разворотах.

Мотор работал с перебоями, судя по всему, попадания оказались фатальными, но пока была скорость, я перевел трофей в горизонтальный полет и не поверил своим глазам – подо мной были тот же ров и тот же мост со следами пожара на настиле.

Все-таки горящие машины успели стащить.

Я крутил головой, пытаясь определить, где противник. Спасли меня зеркальные очки, позволившие смотреть на солнце. Ганс заходил в атаку с той стороны.

«Упертая и мстительная сволочь!» – подумал я.

Не знаю, что на меня нашло, может быть, это был тот самый боевой азарт, в котором не боятся смерти, но я сделал то, чего никак от себя не ожидал. Скорости хватило, чтобы повернуть ему навстречу и открыть огонь.