Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Боевая группа оберст-лейтенанта уже пошла на взлет. Предположительное время перехвата через двадцать минут.

– Да. Через двадцать минут этот Суворов перестанет существовать, – оскалился Гарднер, снимая трубку телефона. Нужно сообщить заинтересованному лицу, что охота на Суворова подошла к своему логическому концу.

Группа оберст-лейтенанта фон Шредера состояла из десяти асов с ним самим во главе. Ее специально создали для перехвата и уничтожения асов противника, и она показала высокие результаты в битве над Британией. Сюда ее направил лично рейхсмаршал Геринг, которому надоели нападки завистников и политических врагов, с завидной регулярностью докладывавших Гитлеру обо всех успехах этого проклятого Суворова.

Рейхсмаршал понимал, что этот Суворов – всего лишь повод, чтобы если не убрать его с политической арены, то изрядно навредить, и он знал, кто за этим стоит. Поэтому решил разрубить гордиев узел одним ударом, вызвав из Франции группу фон Шредера. Решение было правильным – попытки диверсантов захватить Суворова и доставить его в Германию живым провалились, и Геринг решил справиться собственными силами.

Наконец момент настал. Суворов вновь вышел в эфир, и в то место, где его обнаружили, немедленно были посланы орлы оберст-лейтенанта.

Скрипнула дверь сарая, где Алексей сидел вместе с другими арестованными, и в открывшийся дверной проем вошли два конвоира. Алексей их знал, они не раз водили его на допросы. И теперь тоже пришли за ним.

Алексей горько усмехнулся, вспоминая, как он сюда попал. Тогда, вернувшись, они увидели на дороге убитых и раненых. «Ишачки» уже улетели, и можно было без опаски выйти на дорогу.

Лейтенант был бледен, но командовал твердо:

– Вскрывай чемоданы, будем делать перевязку, используя одежду.

Летчик открывал чемоданы, включая свой, и рвал на части нижние рубахи и кальсоны, подавая готовый перевязочный материал лейтенанту, уверенно работавшему с ранеными.

– Товарищ лейтенант, а где вы так научились делать перевязки?

– Отец фельдшер, к нам на дом часто привозили раненых охотников. Я помогал, кое-чему научился. Сибиряк я, – пояснил тот.

– Понятно, – под треск очередной рубахи ответил Алексей.

Всех четверых раненых они осторожно отнесли в тень деревьев, с надеждой ожидая, что проедет какая-нибудь машина, а убитых, все восемь тел, убрали на обочину дороги, освободив проезжую часть.

Когда они практически закончили, над головами снова послышался такой знакомый рев моторов. «Ишачки» возвращались. Три из них сопровождали четвертого, который, густо дымя, летел в сторону передовой, все теряя и теряя скорость.

– Свалится скоро, – сказал Алексей и стал быстро прикидывать, где тот упадет.