Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

«Ну вот так всегда! На самом интересном месте!!!» – было моей первой мыслью после прихода в сознание.

Открыв глаза, посмотрел на белый потолок с пересекающей его трещиной. Судя по всему, я находился в больничной палате. Попытавшись крикнуть санитарку или еще кого-нибудь, кто носит утки, вдруг понял, что это уже не требуется: что-то горячее потекло по ногам, и подо мной замокрело.

«Зашибись проснулся! – только и мелькнуло в голове. – Похоже, слишком много молока выпил. А ведь знал – не верь красивым девушкам! Запоят!»

Вместо слов мое горло вдруг выдало какое-то блеклое карканье.

Прокашлявшись, я довольно внятно позвал:

– И есть тут хто-нибудь? – Однако меня продолжала окружать тишина.

Судя по всему, в палате больше никого не было. Осторожно покрутив неожиданно тяжелой головой и переждав небольшое головокружение, я осмотрелся. Это была одиночная, персональная палата. В углу белый шкаф, у изголовья тумбочка, рядом табурет с наброшенным на него белым материалом, и только через несколько секунд до меня дошло, что это обычный больничный халат. В окно было видно крону дерева, по которой можно было определить, что я находился на втором, а то и на третьем этаже.

На тумбочке стояли банки-склянки с лекарствами, но не они привлекли мое внимание, а графин с водой. Горло пересохло до состояния наждачной бумаги и пить хотелось неимоверно. Жалобно поглядев на воду, я осмотрел себя, как только мог. Одна из ног, показалось, обрублена наполовину. С испугом посмотрев на левую, забинтованную снизу доверху, потом на обрубок правой и сообразив, что их не чувствую, от ужаса потерял сознание.

Жанна Фриске склонилась надо мною и, ложечкой зачерпнув мороженого, вазочку с которым держала в руках, тихо сказала грудным сексуальным голосом:

– Ну съешь еще кусочек, мой сладенький!"

"Несколько секунд удивленно разглядывал ее.

После чего, быстро осмотревшись, не обращая внимания на ложку с мороженым у лица, пробормотал:

– Что-то мне все это напоминает.

– Ну съешь еще кусочек! – как заведенная просила она.

– Ты ненастоящая, – слабым голосом сказал я.

– Это я не настоящая?! – спросила она, скидывая халатик.

– Настоящая…

– Ну съешь еще кусочек, – опять повторила она, и около моего лица снова появилась ложка.

– Да не буду я! Не хочу!

– Будешь! – внезапно твердым и жестким голосом сказала дива.

Мою голову обхватили как будто клещами, и в мой полуоткрытый от возмущения рот все-таки попало этот подозрительное мороженое. Как я ни крутился, Жанна сумела впихнуть в меня еще три ложки.

Наконец я смог освободить одну ногу, и от мощного толчка девушка отлетела к стене, с глухим стуком врезавшись в нее.

Внезапно я понял, что снова обездвижен, как во сне с Анной Семенович.