Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Несмотря на видимый успех этой операции, которую я неожиданно для всех назвал «Операция Ы», правда, так и не дождавшись ни от одного из командиров вопроса почему. Они посчитали, раз я так окрестил ее, значит, так нужно, что меня несколько расстроило: несколько заготовленных ответов, вроде того пресловутого «чтобы никто не догадался», пропали втуне. Так вот, несмотря на видимый успех операции, я считал ее проваленной, и мне понадобилось не так много времени, чтобы убедить в этом весь командный состав полка.

Может, кому-то кажется, что это неправильно, но я ВИДЕЛ, что операция была фактически провалена, несмотря на хвалебные послания из штаба фронта.

В течение нескольких часов в подробностях разобрав бой, – тут как раз вовремя подвезли отпечатанные снимки с наблюдателя – мы стали обсуждать найденные ошибки и просчеты."

"Тыкая пальцами в карты, снимки, схемы, командиры групп и звеньев до крика спорили, выискивая просчеты, и стояли на своем, если находили. Я же сидел чуть в стороне и в блокноте по пунктам раскладывал всю операцию, начав со звена Архипова.

«В чем же ошибка? – задумался я, поморщившись. В это время Саша Покрышкин что-то горячо обсуждал с Быковым, сбивая с мысли. – Так, здесь Архипов встретился с “Хейнкелями”-приманками, сбил два. Тут попал под сдвоенную атаку, которую ожидал и отбил, сбив одного… Что-то рисунок боя не сходится. Что-то тут не так!»

Оторвавшись от блокнота, я посмотрел на Архипова, который привлекал к себе внимание белоснежными бинтами на голове и руке, и спросил:

– Серег, тебе не показалось странным начало боя?

Почти без задержки лейтенант кивнул и поморщился, придерживая голову одной рукой.

– Было что-то такое. Атаковали меня всего четыре пары, а это, сам знаешь, капля в море. Остальные смотрели, наблюдали, ждали чего-то, я это только в конце боя понял.

– Точно! – Я бросил карандаш на стол и, не обращая внимания, что он скатился на край и упал на пол, пояснил: – Это была ловушка в ловушке. Они ждали не меня, а полк… Как я сразу этот развод не понял?!

– Мне тоже казались странными действия немцев, – согласно кивнул Покрышкин.

– Угу. Что там с допросом пленных? Что сказали? – поинтересовался я у начштаба.

– Не знаю. Еще не доложили. С ними Курочкин работает, – несколько растерянно ответил он. – Сейчас узнаю.

– Я с ним, – быстро пробормотал капитан Быков и выскочил вслед за Литвиновым.

– Ловушка в ловушке? – задумчиво повторил Покрышкин.

– Похоже, нас пытались переиграть… М-да, они ошиблись только в нашей боеспособности, видимо, – посчитав слухи из-под Харькова несколько преувеличенными.

– Но о подстраховке они не забыли, – напомнил Архипов.