Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Сидя посередине, чтобы равномерно распределить вес, я внимательно отслеживал обстановку вокруг, держа карабин наготове. Немцы наверняка обнаружили уничтоженный пост и должны поднять тревогу. Один пост мы уничтожили, и, насколько я знал, кроме пары деревушек по окраинам болота больше ничего тут не было. Думаю, они привлекут местных к нашим поискам.

– Все, прибыли, барин, – бросая веревку на дно лодки, тяжело дыша, прохрипел Степка.

– Ваш сарказм услышан, но не понят. Отдышись, а то нырнуть не сможешь.

– Угу. – Он взобрался в лодку, отряхнув мокрые руки, взял фляжку с водой и, открутив колпачок, жадно к ней присосался.

– Когда пойдем?

– Лодку замаскируем, я вот по пути камыша нарвал и травы, накидаем сверху, не будет видно.

– Хорошо, маскируй, а я пока отдохну.

Через десять минут, закончив, толкнул Степку:

– Пошли, пора.

Вода доходила мне до груди, я держался за край борта и одну из кочек, пока Степан выбирался из лодки, оставив, как и я, оружие на дне.

– Ты первый, – сказал Степка.

– Ага, давай за мной.

Нырнув, мы, держась за руки, пошли на глубину. Когда голова стала кружиться от недостатка кислорода, а Степка задергал руку, я устремился вверх.

– Вернулись наконец? – На полуосевшем в воду понтоне стоял дядя Олег и, облокотившись о перила, спокойно курил, с комитетским прищуром глядя на нас.

– Да куда мы денемся? Здравствуйте, Олег Анатольевич, – отдышавшись, поздоровался я, рядом фыркал Степка. Это раньше маминого брата я называл дядькой, но за последнее время немного подрос. Возмужал на вой-не, с тех пор дядькой его называю только мысленно, вслух же – уважительно, по имени-отчеству.

– Сработало все-таки! – хмыкнул он. Потом, кинув окурок подальше в болото, велел: – Идем, вас уже все заждались.

Пока он помогал Степке взобраться на понтон, я ухватился за скобу, нижнюю перекладину и одним рывком подтянулся. Когда Олег Анатольевич обернулся ко мне, я уже стоял на понтоне и пытался отряхнуться.

– В таком состоянии вам лучше не показываться Нине Анатольевне и Виктории Сергеевне. Чревато, – задумчиво протянул дядька.

– А где все? – поинтересовался я, вытирая рукавом лицо. – Что-то больно быстро вы тут оказались.

Было часов десять утра, из деревни доносилось мычание коров, где-то работал трактор, но на берегу никого не было видно.

– О, тут целая история со стрельбой случилась, но это потом, сперва краткий доклад, пока идем в лагерь.

Однако тут мы уперлись, аргументируя, что лучше будем рассказывать сразу всем, чем по нескольку раз. Пришлось Олегу Анатольевичу начать первым. Родители, оказывается, остановились в деревне, а вот остальные – в нашем лагере.

– Все произошло на глазах у деревенских. Как граната в понтон попала, они видели, вернее, слышали ваш прыжок – повезло, нет.