Изгнанница. Искра Императора

И не хватать меня… он даже не за нужные места меня хватал! В смысле, я не хотела, чтобы он меня хватал за какие-то места, но когда его пальцы коснулись моей ушной раковины, меня всю перетряхнуло.

— Давай лучше я сама…

— Стой смирно, Альви. — Вот вроде бы и не приказ, скорее, властная просьба, но двигаться расхотелось совершенно.

Наоборот, захотелось податься назад, откинуть голову ему на плечо, наблюдая за тем, как он мягко надевает мне серьги. Его пальцы легко касались моей кожи, оставляя на ней клейма ожогов. Ожогов, которые тут же проходили, сменяясь другими. Я, кажется, забыла как дышать, когда на грудь мне легла тяжесть ожерелья, а прикосновение к шее словно пронзило током от макушки до пят.

Давно я стала такой чувствительной?

Браслет я успела застегнуть сама раньше, чем он до него добрался, и шустро развернулась к нему лицом.

— Пойдем? Не хотелось бы опоздать на бал."

"— Почему? — В глазах дракона вспыхивали огненные искры, и я не могла оторваться, как завороженная наблюдая за этим зрелищем. За тем, как вытягиваются его зрачки.

— Этикет…

— Этикет тебя волнует меньше всего, насколько я понял. Мы вчетвером посещали термы, а после ты пригласила на бал свою камеристку.

— Ханна из знатного рода, и ты это прекрасно знаешь.

— Это не подтверждено. Пока род ее не признал, она всего лишь твоя камеристка.

Там, откуда я родом, таких условностей нет, захотелось сказать мне. К счастью, я хорошо следила за своими мыслями и языком, чтобы сделать такую глупость.

— Хорошо. Значит, будем нарушать этикет дальше?

Натаниэль неожиданно улыбнулся:

— Иногда устоявшейся системе нужны встряски, чтобы обрести новые черты и развиваться дальше.

— Только системе? — уточнила я.

— Всему и всем. Для меня такой встряской стала ты.

Тоже мне. Устоявшийся дракон. Настоявшийся. Настоящий. Стоящий…

Так, все, хватит! Никаких больше однокоренных со словом «стоять».

— Я была всегда, — произнесла я. Памятуя о том, что Альви за ним замужем давно, а в искрах и невестах и того дольше ходила.

— Значит, раньше я тебя не разглядел, — Натаниэль легко коснулся губами кончиков моих пальцев. — Тебя настоящую.

Ой, вот не надо меня настоящую разглядывать, я жить хочу.

— Бал, — напомнила я, и он подал мне руку.

По случаю праздника украсили весь замок, даже отдаленные коридоры, и с нашим Новым годом здесь были в ассоциациях исключительно ели и сосны. В остальном их предпочитали украшать теми самыми «замороженными» композициями, а не шарами, искрящимися магическими огоньками и игрушечными дракончиками. А еще фигурками фениксов. Искрящиеся золотые птички на удивление гармонично смотрелись рядом с драконами, и на это тоже были свои причины.

— Феникс — тоже символ возрождения, — словно прочитав мои мысли, произнес муж и чуть сильнее сжал мою руку.