Отвергнутая невеста генерала драконов (СИ)

А сама чем сейчас лучше? Не моя заслуга в том, что никто не погиб.

Не я их живыми довезла. Выходит, ничем не лучше этого наглого ящера. Во всяком случае в глазах пострадавших людей.Как-то нехорошо на душе стало. И от чувства вины, и от беспомощности. Сил моего клана недостаточно, чтобы выкосить эту бешеную заразу с земли ведьм.

Открыв дверь, я тихо вышла в коридор. Слуха коснулись приглушенные стоны.

Выдохнув, скользнула в следующую комнату.

— А, фера, — раздалось из полумрака. — Я уж тебя заждался. Малец в горячке мечется. Мать его насилу усыпил.

Со стула поднялся темный жрец.

Внушительную фигуру Брека сложно было с кем-то перепутать.

— Отвар давал? — я обогнула лежащую на полу на толстом матрасе женщину и потянулась к ребенку.

— Конечно, ложкой вливал, но он горит. Аж зло берет. Не при смерти, конечно, но мается мальчонка. Больно ему.

Кивнув, я обхватила хрупкое бледное запястье и не скупясь выпустила свой дар.

— Вот скажи, фера, — Брек снова опустился на крепкий стул, — что с этими кровавоглазыми не так? Рождаются они такими или становятся? Нет, я всякое в жизни видал. Сам темный. Жрец смерти.

Но у меня никогда рука на ребенка не поднимется. На мамку его. Да я себе эту руку сам отрублю, чем совершить такое.

— Кто-то становится, кто-то рождается, — тихо ответила я. — У перевертышей две души. И случается так, что зверь поглощает все человеческое, что есть. И выходит, что бродит по земле человек, улыбается, глаза вроде ясные, а в душе хищник лютый. И не поймешь ты это, пока суть свою он не выкажет. А уж как совсем с ума от ненависти жгучей сойдет, так и у человека кровью очи наполнятся. И много для того не нужно. Я свой первый оборот рано прошла.

Тогда же и узнала вкус крови врага. И что такое ненависть.

— Но не стала ведь красноглазой, фера? — он склонил голову набок.

— Нет, у меня было ради чего и кого жить. Да и близкие первое время во сне приходили. Заглушали эту пустоту.

— А сейчас? — голос Брека звучал тихо.

— Только брат со мной остался.

— Плохо это, фера, — жрец подался вперед. — Когда мертвые не уходят — это всегда плохо.

Глава 44

— Почему? — я обернулась к Бреку. — Что плохого в том, что порой я вижу его призрак?

Он медленно вскинул голову и как-то неопределенно кивнул.

Будто я его удивила. Или не то ожидал он услышать. Но тем не менее жрец, поднял руку и потер подбородок. Его взгляд уже более пристально прошелся по моему лицу.

— Это тебе травник отвар готовил? Мельком слышал, что он теперь, как гусь, надутый ходит и хвалится — фера оценила его умения и даже воровство простила.

— Да, — я улыбнулась с каким-то облегчением и удобнее перехватила ладонь мальчишки.

Он засопел и что-то невнятное пробормотал во сне, пытаясь улечься набок.