Измена. Мой непрощённый (СИ)

Я был благодарен за это. Но сам видел, как ей тяжело. Без угла, без надежды на лучшее.

Было проще простого — попросить у отца. Но я не просил! Я стыдился того, что не смог обустроить свою «заграничную жизнь». Которой кичился. И обещал никогда не вернуться на родину. Лишь бы не быть под его строгим оком. Как Лев, старший брат.

Помню, Олежку просил, уговаривал, вместе вложиться в какую-то муть. Тот не стал! Струсил. Он никогда не пытался рискнуть. Не хватало сноровки. А после…

В моей жизни возник благодетель, Артур. Он обещал, что устроит меня на хорошее место, в компании. Если я обещаю быть его правой рукой.

Компания в те времена набирала сотрудников. И я занял место в закупках. Стал специалистом. Работа была по уму. Мне нравилось быть в чём-то нужным. Ощущать себя частью команды.

Я помню, как праздник, мой первый в компании, был так избыточно весел. Что домой я пришёл «на рогах». Жена отругала, но в меру! Наутро не стала пилить. За что я ей был благодарен.

Помню, как место начальника отдела освободилось. И я его занял, безропотно. Будто всё это время уверен был, что смогу! Я долго сидел на закупках. И успешно себя проявил. Подыскивал выгодных поставщиков, заключал договоры, приносил компании прибыль.

За что меня ежемесячно вознаграждали довольно внушительной премией. И даже сам главный на собрании как-то раз заприметил меня среди всех. И сказал, что я далеко пойду! Что у меня есть особая хватка.

Я поверил ему. И продолжил свой путь по карьерной лестнице вверх. Помню, в тот год предприятие ждало поставку. Оборудование шло из-за бугра. И деньги уже были заплачены.

Мы ждали долго, но в итоге товар не пришёл. Меня известили, что контейнер пропал на границе. Я истерил! Думал, это моё упущение. Стал копать и расследовать дело. Не мог же он просто пропасть?

Пока Артур, он был директором нашего филиала, не предпринял со мной разговор. Он закрыл дверь кабинета на ключ и отправил свою секретаршу в архив. А мне «по секрету» поведал о том, что контейнер совсем не пропал, а находится в нужных руках. И о том, что внутри этой штуки, мне лучше не знать."

"Даже сейчас я до сих пор вспоминаю, как, сидя в его кабинете, потел и пытался смотреться уверенно.

— Но деньги уплачены, — напомнил Артуру.

Однако же он, не смущённый ничуть, постучал по столу своей ручкой за тысячу долларов. И сообщил доверительно, что для всех прочих контейнер пропал.

— Есть один небольшой нюанс, — сказал он, как близкому другу. Склонился ко мне над дубовым столом и с усмешкой добавил, — Ты знаешь, что я развожусь?

Я не знал и выразил «другу» сочувствие. Но тот отмахнулся:

— Фигня! Все бабы до денег охочие. Мне нужно, — ответил Артур, — Тебя попросить об услуге.

— Хорошо, — отозвался я, не зная, что эта услуга выйдет мне боком.