Измена: (не) прощу дракона (СИ)

— Тебе действительно нужен этот разговор?

— Да. Если тебе нечего скрывать, дай ключи.

Он коротко кивнул и взял меня за руку.

Денизу закрыли в узкой комнате, где были только кровать, умывальник да жёсткий стул. Как только Флориан отпер дверь, он установил магическую преграду. Она противно потрескивала и рябила, отчего немного начала болеть голова. Флориан бросил щепку в преграду, и щепка вспыхнула, тут же обратившись в пепел.

— Не приближайся, — бросил он Денизе и вышел.

Дениза даже не подняла глаз. Она сидела на кровати, завернувшись в одеяло, и равнодушно смотрела в одну точку. Я поставила стул на середину комнаты и неспешно села, давая себе немного времени собраться с духом. Моя смелость угасла, как только я оказалась рядом с Лебер. Нужно было начинать разговор, а я так некстати растерялась.

— Я много думала о том, что ты сказала. Ты просто хотела счастья? Как у меня? — решила я не ходить вокруг да около и сразу всё прояснить.

Ничего не изменилось в облике Денизы, только слеза покатилась по её щеке.

— Да, — ответила она. — Пришли позлорадствовать, леди Даклид?

Давно я не слышала у неё такого тихого и смиренного тона. Несмотря на язвительные слова.

— Нет. Поговорить. Узнать правду.

— Правду? — медленно, с затаённой печалью протянула Дениза.

— Ты же ведь не любишь его? Так ведь?

— Нет. — Всё ниже опускала она голову. — Я любила только одного человека, и он меня предал. Когда я оказалась здесь, увидела, как вы счастливы… Я тоже хотела… Хотела быть на вашем месте. Пока вы разъезжали по светским раутам, на которые вас таскала леди Дасия, я времени даром не теряла. За вашей спиной строила глазки, а вы были так наивны, что ничего не видели. Его Светлость долго не поддавался на мои чары, но однажды он вернулся таким рассерженным из-за работы, ещё и вы уехали… Он много выпил, очень много. И тогда я поняла — это мой шанс, и использовала свой главный козырь.

— Письмо, — догадалась я. — Что же в нём было?

Дениза шумно выдохнула.

— Когда-то вы дали мне письмо, чтобы я его отправила. Но я этого не сделала. Потому что аккуратно вскрыла, прочитала и сообразила — оно прекрасно послужит мне. Это было письмо вашим приютским подругам. Между двумя листами, где вы говорили о каких-то пустяках и где прощались, я вложила ещё один лист. Поверьте, Ваша Светлость, ваш детский почерк подделать совершенно не сложно. На этом листе я написала, что вы будто бы признательны герцогу, но чувства улетучились, и ваше сердце готово снова в кого-нибудь влюбиться. Ещё я сделала приписку: «за эти годы я поняла, что самое большое преимущество герцога, это его деньги и власть, но никогда не признаюсь ему в этом, ведь он тогда бросит меня, а я не хочу терять и толику того положения, что имею».