Измена. Не прощу твою ложь (СИ)
Я была так счастлива и любила свою семью. Только все, во что я верила, оказалось фальшивкой. Муж подло обманул меня, и предательство не сойдет ему с рук. Простить ложь я не в силах! — За вас, дорогие хозяева! Кстати, ваша дочь Илона спит с моим мужем, — говорю я, салютуя бокалом. — А еще он потратил деньги, которые вы вложили в его проект. Мой распрекрасный супруг сидит белее стены. В его взгляде, направленном на меня, шок и недоумение. — С вашего позволения, откланяюсь. — Отодвигаю стул, бросаю скомканную салфетку в благоверного. И выхожу из этого филиала ада с высоко поднятой головой.
"
"Сложно представить реакцию восьмилеток… Вряд ли они сейчас в предвкушении позитивных эмоций рисуют на бумаге картинки новой жизни. Плачут дома или не дай бог, я вздрагиваю при этой мысли, побежали его навещать.
Жду ответа Ксюши стоя, раскачиваясь от волнения, коленки дрожат, но сидеть я не в силах. Никто не подходит к телефону. Набираю ее снова и снова, слушаю долгие гудки и пытаюсь отогнать дурные мысли. Все хорошо, они просто не слышат звонка. Такое бывает…
— Лена, держи сумку. Что-то случилось?
Вздрагиваю, почувствовав на плече тяжелую руку Льва.
— Пока не уверена.
— Нужна моя помощь? У меня еще есть время.
В ответ молча мотаю головой. Как бы не были чисты помыслы моего детектива, я не готова впускать его в свою семью. Во всяком случае, пока.
42. Пересечение
— Девочки, я дома, — снимаю обувь в прихожей и жду привычного топанья. Но меня встречает полная тишина.
На всякий случай забегаю на кухню, поднимаюсь в детскую комнату. Печенье в вазочке нетронуто, школьных рюкзаков нет. Кровати наскоро заправлены, поверх покрывала Ксюши валяется телефон.
Они даже не заходили после школы, сразу отправились к Марку. Навестить больного папочку — это так на них похоже. И у меня нет возможности их остановить!
Вспоминаю серьезные мордашки, с которыми они спускались утром ко мне. У меня ведь язык не повернулся напомнить, чтобы проверили — все ли они взяли. Не хотела гасить их пыл и стремление к самостоятельности. Теперь приходится расплачиваться за свою педагогическую принципиальность.
Бросаюсь вниз и бегу обратно к машине.
— Илона у тебя?
— Нет, она по делам поехала. А что?
О, у нее и дела еще есть. Какие, интересно мне?
— Не пускай ее. Позвони, пусть сумку себе новую купит… Уборку в вашем гнездышке сделает. Не знаю… Что угодно.
— А что такое?
— Ничего! Просто кто-то, видимо, слишком жаловался детям на свое состояние. Жди гостей. Думаю, девчонки, поехали к тебе. Сейчас заберу их.
— Ох…
— Если они придут, позвони. Умоляю…
Внутри меня словно включается секундомер. Тикает, заставляя поторопиться. Гонит вперед, заставляя нарушать правила, будто дело касается моей жизни.
Хоть бы они не пересеклись с Илоной!
**
Тяжело дыша падаю грудью на стойку дежурной медсестры. Звонка от Марка не было, да и он сам не отвечает на телефон.
Меня уже потряхивает. Что происходит вообще?
— Скажите, к Арзамасову дочки приходили?
— А вы кто ему? — Натягивает губы медсестра.
— Жена…
— Еще одна? У него все утро жена сидела, молоденькая такая….
Тыльной стороной ладони вытираю вспотевший лоб — неслась с парковки, как сайгак.












