Извращённое Королевство

Издалека мы совсем не похожи, но вблизи я разделяю толщину его ресниц и форму глаз — мои просто немного больше.

Он кладет локоть на край автомобильного сиденья и опирается на него, наблюдая за мной. Мы похожи на двух раненых животных, которые не знают, как принять предложенную помощь.

Или, может, я единственная, кто так думает. В конце концов, папа точно знал, где меня найти.

— Я понимаю, что это может показаться слишком.

Папин шикарный акцент заполняет машину.

Может показаться слишком?

Он шутит? Он только что воскрес из мертвых. Конечно, есть какие-то другие слова, которые он мог бы использовать.

"— Я же говорил, что она не готова.

Нокс не отрывает своего внимания от телефона.

— Это мне решать, — говорит ему Итан.

Нокс приподнимает плечо.

— Я просто сказал, папа.

Папа?

Мой взгляд падает на Нокса. Он только что назвал моего отца своим отцом?

Он примерно моего возраста, когда, черт возьми, папа успел? Он от другой женщины?

— Ты... — я прочищаю горло. — Ты мой брат?

Нокс отрывает взгляд от телефона и подмигивает.

— Приемный брат, детка.

Ох. Хорошо.

Он действительно имеет некоторое сходство с Илаем.

Хотя сомневаюсь, что папа взял бы кого-нибудь только за это; он не любит, когда кто-то лезет в его семейный пузырь. Теперь, думая об этом, забота отца о частной жизни была превыше всего остального. Вот почему он держал нас подальше от цивилизации.

Однако все это лишь предположения, основанные на том, что я помню об отце. Прошло десять лет, и он мог бы превратиться в совершенно другого человека.

— Мне больно, что ты меня не помнишь.

Нокс дуется, как ребенок, которого лишили любимой игрушки.

— Не помню тебя? — я спрашиваю.

— Да. Ты должна помнить меня после...

— Нокс.

Предупреждение в папином тоне звучит громко и ясно.

Нокс пожимает плечами и возвращается к просмотру своего телефона.

Хорошо. Это странно.

Очень странно.

Я встречаюсь с папиными карими глазами. Они такие мудрые и глубокие, что можно заблудиться там и никогда не найти выхода. Он должен использовать свой проницательный взгляд в качестве метода запугивания во время деловых встреч.

— Ты воспитывал Нокса все это время? — я стараюсь не звучать горько, но не уверена, что мне удается.

Папа бросил меня на десять лет. Все это время я думала, что он мертв и похоронен где-то, где я никогда не найду, пока он на самом деле был жив и здоров. Черт, он растил еще одного ребенка, в то время как его единственная дочь жила у родственников.

— Нет, не совсем. Мы выросли сами, — говорит Нокс.

— Мы?

Он ухмыляется.

— Есть еще один ребёнок.

— Еще один ребёнок?

Я хочу закричать, но голосовые связки сжимаются, так что единственное, что выходит, это сдавленное бормотание.

— Замолчи на секунду, Нокс.