Извращённое Королевство

Понимаешь, что это значит, Херран?

Горло Адама сжимается от глотка. Я вижу, как он затаил дыхание, как и я. Темнота в металлических глазах Эйдена может означать только неприятности.

Я стою на цыпочках, ожидая, что он скажет дальше.

— Это значит, что ты вне игры.

В одно мгновение Адам стоит, а в следующее Эйден толкает его. Регбист теряет равновесие и падает в воду, затопляя край.

Эйден еще не закончил.

Даже близко нет.

Он присаживается на корточки на краю бассейна. В тот момент, когда Адам всплывает, чтобы глотнуть воздуха, Эйден хватает его за голову и толкает вниз.

Без колебаний.

Без пощады.

Конечности Адама бьются во все стороны, разбрызгивая воду повсюду. Он борется за дыхание и находит только воду.

Эйден вцепляется пальцами в волосы регбиста и поднимает его. Он хватает ртом воздух, как умирающий.

— Ты там задыхался, Херран? — Эйден толкает его обратно в воду. Выражение его лица нейтральное, даже безмятежное. — Хорошо. Теперь ты знаешь, каково это тонуть.

Я стою, мои конечности дрожат, когда Эйден держит Адама под водой.

От спокойствия на его лице по спине бегут мурашки. Я знаю, я просто знаю, что Эйден убил бы Адама и глазом не моргнул.

Он бы сделал это на территории школы.

Он подвергнет опасности свое будущее.

Я подбегаю к нему, игнорируя свой страх перед водой.

— Прекрати, Эйден. Отпусти его.

— Еще нет. — он использует обе руки, удерживая Адама под поверхностью. — Он причинил тебе боль. Он причинил боль тому, что принадлежит мне.

— Ты убьешь его, — шиплю я.

— Небольшая цена за то, чтобы прикоснуться к тебе.

— Я тоже его ненавижу, но я не готова потерять тебя таким образом. — мой голос громкий и ясный. — Он того не стоит.

Голова Эйдена наклоняется в мою сторону.

Его стальные глаза сразу же смягчаются, встречаясь с моими.

Я падаю на колени рядом с ним, не обращая внимания на то, что вода пропитывает мою кожу, и хватаю его за руку.

Напряженные мышцы пульсируют под моим прикосновением.

— Он не важен, Эйден. Важен ты.

Должно быть, это сработало.

Медленно, слишком медленно Эйден позволяет мне оторвать его руки от головы Адама. Последний выныривает на поверхность, хватая ртом воздух.

Никто из нас не обращает на него внимания, даже когда он вылезает, мокрый и дрожащий, как собака.

Мы слишком увлечены взглядом друг друга, чтобы обращать внимание на окружающий нас мир.

Мы едва касаемся друг друга, но я чувствую его повсюду вокруг, как нечто постоянное.

Прямо сейчас я уверена, что, если бы я каким-то образом упала в бассейн, он бы вытащил меня оттуда. Он защитит меня и снова станет моим героем.

Наверное, мне следует перестать думать о нем как о герое.

— Ты гребаный псих, — выплевывает Адам, как только вылезает из воды.

Он мокрый и растрепанный, но я не смогла бы его пожалеть, даже если бы попыталась.