Катастрофа

Какие же поистине великие люди жили в древности! Не то что их жалкие потомки в наше время, боящиеся просто поднять цену на уникальные услуги бункера и трясущиеся над дряхлыми, замшелыми идеалами. В том документе великого властителя упрекали за уничтожение каких-то трёх тысяч человек и называли за это кровавым диктатором. Видимо, мягкотелые слизняки встречались и в те давние годы. Но великой личности они не помеха. Ха! Да если бы в том же Улье в одночасье погибли бы три тысячи человек, это даже не решило бы проблему перенаселения! Арториус с грустью вздохнул. Да, дружище Пам прав, мечтать об этом можно сколько угодно, но повторить не удастся. Никто в наши дни не сможет убить человека. А ведь убивать три тысячи, как в древние времена, и не требуется. Достаточно избавиться от трёх выживших из ума и покрытых пылью реликтов. Третий помощник представил себя с парализатором в руке. Ему стало дурно. Нет, совершенно невозможно. А жаль.

Тем не менее, испытанный способ подействовал, и чиновник отправился принять душ в приподнятом настроении. Закончив, он решил наведаться в аналитическую группу, возможно, доктору Лемешевой не сидится дома и она вышла поработать не в свою смену.

Его ожидания оправдались.

— Татьяна Петровна! Я был уверен, что вы не сможете устоять перед соблазном лишний раз потрудиться! — Арториус был сама любезность.

— Здравствуйте, господин третий помощник, разве ваша смена не закончилась два часа назад? Или вы никогда не отдыхаете? — Лемешева приветствовала чиновника в своём обычном снисходительном тоне. Арториус почувствовал лёгкое бешенство.

— Я совсем не устал, — воплощение любезности, Арториус стал ещё более любезным. — Я не люблю много спать, так можно проспать всю жизнь. К тому же, у меня ещё будет время выспаться. Вообще-то я искал именно вас.

— Вот как? И чем же я могу вам помочь? — чиновнику показалось, что в голосе доктора к снисходительности прибавились лёгкие нотки насмешки.

— Я бы хотел вступить в ряды исследователей феномена «Пирогова», о котором вы рассказывали мне на прошлой неделе. — Арториус сменил любезность на предельную серьёзность. — Не сможете ли вы уделить мне немного времени и ввести в курс дела? Я бы хотел принести посильную помощь.

Доктор Лемешева явно не ожидала такого поворота событий. Она недоверчиво посмотрела на чиновника.

— Вы? То есть зачем это вам?

— Татьяна Петровна, вы считаете, что специалист управления не может интересоваться тайнами науки? Или, возможно, уроженец Улья не в состоянии освоить какую-либо сложную программу? — в голосе третьего помощника сквозила непередаваемая горечь.

Лемешева стушевалась, и её тон мгновенно поменялся.

— Нет! Что Вы! Как можно! Я даже не могла такого подумать, — виновато заторопилась доктор.