Караваль

Пять испещренных татуировками пальцев тянулись к ней, словно пытаясь схватить. В первое мгновение Скарлетт удалось подавить рвущийся наружу крик, но потом она рассмотрела остальное: изуродованное тело Данте и стоящего над ним Хулиана.

23

Скарлетт пыталась убедить себя, что открывшаяся ее глазам картина ненастоящая, что подземелье пытается свести ее с ума. И гнилостного запаха она на самом деле не ощущает, и рука принадлежит вовсе не Данте. Но даже если тело и могло быть каким-то образом украдено и покрыто татуировками, то бледная голова, повернутая под неестественным углом на окровавленной шее, без сомнения, была головой Данте.

Хулиан резко оглянулся.

– Малинка, все совсем не так, как кажется…

Скарлетт бросилась бежать, но он оказался быстрее: догнал ее в мгновение ока и обхватил одной сильной рукой поперек груди, а второй – за талию.

– Отпусти! – взвизгнула она.

– Скарлетт, успокойся! Эти туннели усиливают страх – не позволяй ему себя контролировать. Клянусь, мы с Данте действовали сообща, и если ты прекратишь сопротивляться, я тебе это докажу. – Хулиан усилил хватку, заломив ей руки за спину.

 – Весь прошедший день я был мертв. Как, по-твоему, мне удалось бы его убить?

Если он и есть магистр Караваля, то вполне мог поручить прикончить Данте кому-то другому.

– Зачем же ты в таком случае притворялся, что не знаешь его?

– Потому что мы боялись, что случится что-то подобное. Мы понимали, что Легендо узнает Данте и Валентину, которые уже принимали участие в игре, но сам я в основном был зрителем, поэтому пока ему не знаком. Мы сочли разумным сохранить наш союз в секрете на случай, если Легендо станут известны планы Данте.

Хулиан бросил взгляд на лежащее дальше по коридору мертвое тело, но лицо его сохранило прежнее бесстрастное выражение. Он нисколько не походил на человека, только что обнаружившего, что его друг убит. Такое же холодное выражение лица было у него и на похоронах Розы. Ну, точно, он и есть Легендо!"

"Подавив рвущийся наружу всхлип, Скарлетт обмякла в руках Хулиана. Ей было трудно принять горькую правду. Она не закричала, почувствовав, что он прижимается грудью к ее спине, не набросилась на него с кулаками, когда он медленно отпустил ее запястья.

Главное – побороть собственный нарастающий страх и дождаться, когда Хулиан уберет руку с ее талии. А уж потом…

Далеко Скарлетт не убежала: Хулиан снова настиг ее и прижал к стене.

– Немедленно прекрати или нас обоих убьют! – прорычал он и рванул пуговицы на своей рубашке. Они посыпались на пол, а он отступил назад, ровно настолько, чтобы свет факела высветил то, что Скарлетт поначалу приняла за шрам над сердцем.