Караваль

Как бы ей хотелось, чтобы он снова стал бесшабашным молодым человеком, с которым она познакомилась на Трисде! Его нынешнее самоуничижение ничем им не поможет – если, конечно, он не собрался свести счеты с жизнью.

Похоже, ей самой придется так или иначе положить конец сложившейся ситуации.

– Мне больше некуда идти, – объявил Хулиан. – Мы отправимся наверх или будем спать все вместе прямо здесь?

– Нет-нет, вместе мы спать не будем – не все, по крайней мере.

Губернатор Дранья подмигнул, и по телу Скарлетт пробежала дрожь. Он смотрел на нее так, словно собирался преподнести подарок – вот только его подарки никогда не были приятными.

– Комната, в которой разместились мы с графом д’Арси, слишком тесна для четверых человек, поэтому моряк переночует там со мной, а ты, Скарлетт… – Следующие слова губернатор произнес нарочито медленно, смакуя каждый слог, – будешь спать в своей комнате вместе с графом д’Арси. Вы все равно скоро поженитесь, – добавил он, – да и жених твой выложил за тебя солидный выкуп. Не вижу смысла мучить его ожиданием, когда он может уже сейчас получить товар, за который заплатил.

Губернатор Дранья скривил губы в ухмылке, при виде которой Скарлетт обуял ужас. Все оказалось куда хуже, чем она себе представляла. Ее продали, точно овцу, определив за нее цену и решив, что большего она не стоит.

– Отец, прошу вас! Это непристойно, ведь мы еще не женаты…

– Глупости! – оборвал ее губернатор Дранья. – В нашей семье пристойность никогда не была в почете, так что нечего жаловаться – если, конечно, не хочешь наблюдать, как твой приятель истекает кровью. – С этими словами губернатор погладил здоровую сторону лица Хулиана.

Хулиан не дрогнул, но все же утратил безмятежное выражение, которое было у него в туннелях. Он весь словно подобрался. Скарлетт, наконец, перехватила его взгляд – в нем пылал безмолвный огонь. Он пытался ей что-то сказать, хотя она понятия не имела, что именно. Зато болезненно ощущала близость графа д’Арси, жаждущего завладеть ее телом точно так же, как отец жаждал еще сильнее помучить Хулиана.

– Я больше не стану наносить ему увечий – можешь считать это моим свадебным подарком, преподнесенным заранее, – сказал губернатор Дранья.

– Нет! – воскликнула Скарлетт. – Вы его и пальцем не коснетесь и сию минуту отпустите, в противном случае я шага отсюда не сделаю!"

"Она повернулась к графу. Казалось, происходящее его нисколько не радует. Его гладкий лоб прорезали морщинки, но он ничего не предпринял, чтобы остановить губернатора. Скарлетт стало тошно от одного вида его малинового шейного платка и серебристых сапог.