Караваль

Прекрасный то был бы момент, если бы Легендо не выхватил нож и не вонзил его Хулиану в грудь.

– Нет! – простонала Скарлетт.

Хулиан пошатнулся, и весь мир, казалось, накренился и закачался вместе с ним. Нефритовые огни пещеры сменились коричневой мглой. Скарлетт бросилась к нему. На его красивых полных губах запузырилась кровь.

– Хулиан!

Он упал на пол пещеры, и она бросилась на колени подле него. Легендо не задел сердце, но, должно быть, проколол легкое. Из раны шла кровь – очень много крови! Хулиан знал, какова будет расплата за предательство, потому и смотрел на Скарлетт так холодно, не делая попыток ни единым взглядом раскрыть правду.

– Хулиан, пожалуйста…

Скарлетт закрыла ему рану ладонями, второй раз за день обагрив их красным.

– Все в порядке. – Хулиан закашлялся, и на его губах выступило еще больше крови. – Вероятно, я это заслужил."

"– Не смей так говорить! – Скарлетт сорвала с плеч накидку и с силой прижала ее к груди Хулиана, пытаясь остановить кровотечение. – Я в это не верю! Не может так все закончиться!

– Тогда не останавливайся, и это концом не будет.

Я уже говорил тебе, что не стою твоих слез.

В попытке смахнуть с ее щеки соленую каплю Хулиан протянул было руку, но тут же безвольно ее уронил.

– Нет! Не сдавайся, – умоляла Скарлетт. – Пожалуйста, не оставляй меня. – Ей столь многое хотелось ему сказать, но она боялась, что Хулиан решит, будто она прощается, и в самом деле навсегда ее покинет. – Ты не можешь бросить меня. Ты же обещал, что поможешь мне выиграть игру!

– Я солгал… – Веки его затрепетали. – Я…

– Хулиан! – звала Скарлетт, сильнее прижимая накидку к его груди, пачкая ее и свои руки кровью.

 – Мне дела нет до того, солгал ты или нет. Я все тебе прощу – только не умирай!

Хулиан закрыл глаза, уже, вероятно, не слыша ее слов.

– Пожалуйста, продолжай бороться. Ты сражался всю игру, и теперь не время сдаваться.

Его веки медленно поднялись, и на мгновение ей показалось, что он возвращается.

– Про рану на голове я тебе соврал, – пробормотал он. – Просто хотел вернуть тебе серьги, а тот парень оказался куда крепче, чем выглядел… Попал я в передрягу.

Но твое счастливое лицо того стоило… – Его губы тронула тень улыбки. – Следовало держаться от тебя подальше… Но я действительно хотел, чтобы ты победила… Я хотел…

Он уронил голову.

– Нет! – Скарлетт продолжала прижимать ладони в его груди, но она больше не вздымалась и не опускалась, сердце остановилось. – Хулиан. Хулиан. Хулиан!

Снова и снова она продолжала повторять его имя. Как молитву. Как мольбу. Как шепот. Как последнее «прости».