Хочу тебя в долг

Примитивное, вечно голодное, однако до одури манящее и притягательное."

"— Давай… как-нибудь потом, — выдавливаю, наконец. — А сейчас я хочу кататься на лыжах. Очень хочу. Правда. Поэтому отпусти и позволь собраться.

— Уговорила, — заключает хрипло, отстраняется и смачно шлепает меня по заднице, побуждая поторопиться, пулей рвануть с кровати к шкафу и спешно приступить к облачению в первую попавшуюся одежду.

+++

Проходит ещё несколько дней нашего активного отдыха. Я плюю на боль в мышцах, на возможные растяжения связок и чудовищную ломоту. Игнорирую все это, лишь бы не оставаться наедине с Амиром, очень стараюсь избегать тесных контактов.

Он тоже держит дистанцию. Отпускает меньше пошлых фраз. Больше времени уделяет непосредственно обучению. Возится со мной. Но как будто уже без удовольствия. Наверное, перестаёт видеть перспективу дальнейшего развития таких отношений. Просто обещание держит. А в целом я ему наскучила. Надоела. Ну какому мужику такое понравится? Веду себя как девственница в двенадцатом поколении. Похлеще любой монашки противлюсь. Хотя беречь уже давно нечего. Он и так все взял. Забрал и получил.

Казалось бы, почему мне не отключить голову и не пуститься во все тяжкие? Тем более, меня тянет к нему как магнитом.

Похоже, пока я искала ответ на великий вопрос — дать или не дать. Амир успел перегореть. Во всяком случае, особой активности не проявлял. Общался со мной лениво и небрежно, если это к лыжам не относилось, будто одолжение делал. Никаких приставаний. Никаких попыток массаж устроить. Даже не прижмется ненароком. Все очень строго и скромно. Без особых чувств. Без огонька, к которому я неожиданно успела привыкнуть.

Черт.

У громилы даже взгляд изменился. Гореть перестал. Стал ещё мрачнее и тяжелее. Какой-то пустой, как будто вечно недовольный.

Единственное, что меня радовало, — прогресс в умении кататься на лыжах. Но тут была целиком и полностью заслуга моего тренера. Он способен и бездаря обучить основам с нуля, показать, куда двигаться и как развиваться.

Мы часто встречали Большого Босса, обменивались стандартными фразами. Пару раз я замечала Илью с его Варенькой, но они к нам общаться не подходили. В остальном же время занимал экстрим и адреналин.

Амир отрывался на лыжах так, что мне и наблюдать было страшно.

Он катался лучше всех. Реально. Без преувеличения. Мог легко заткнуть за пояс любого другого лыжника.

После своих одиноких забегов он находился в приподнятом настроении. Был более расслабленным и уже не одаривал меня мрачным взглядом. Но в целом полагаю, он смотрел на меня и недоумевал. Зачем ему я? Зачем вся эта морока? Ледышка в постели бесполезна. Кому нужно такое бревно?

А я ничего не могла с собой поделать. В том и проблема всех моих прошлых отношений.