Хочу тебя в долг

Только представь — корона Римской империи германской нации, держава и скипетр…

Зевает. Запрокидывает голову назад и зевает намеренно звучно, прямо рычит. Точно хищник, царь всех существующих в мире зверей. В коронах не нуждается.

— Ладно, — заключает, хитро прищурив глаза, окидывает меня лукавым взглядом, от которого холод внутри сражается с диким пламенем. — Потрудишься — пойдем. Всю твою шлабудень изучим. Хоть каждый сраный замок здесь облазим.

— И как надо потрудиться?

— Вытрахать мой член глоткой, — произносит он хрипло, отправляет табун огненных мурашек прямиком под кожу.

 — Выдоить яйца до капли. Короче, ночью отработаешь так, что дырки задымятся. А в награду завтра я потерплю эту скучную мутотень.

— Ну я могу и одна везде сходить.

— Нет, не можешь, — отрезает ледяным тоном.

— Тогда с охраной, — совершаю новую попытку. — Кстати, куда они все подевались?

— Не выйдет, — мрачно усмехается. — Я их уволил.

Проклятье. Почему это звучит, будто «убил»? Наверное, опять себя накручиваю.

— В каком смысле — уволил? — спрашиваю тихо.

— Навечно, — роняет вкрадчиво. — Леон подгонит новых ребят. Но это займет пару дней, а пока я отработаю.

Хотя не пугайся, за нами присматривают и так, просто ты их не видишь.

— Кто? — запинаюсь. — Кто присматривает?

— Много кто, но тебе не стоит переживать.

Серьезно? Не решаюсь продолжать свои расспросы, потому что боюсь получить ответы. Неужели он и правда избавился от охраны? Навечно. То есть летально?

Выходит, вина на мне? Горло сдавливает сталь. Чувство, будто на шее тяжелую цепь защелкивают.

— Я не прощаю ошибок, — говорит Амир. — Никому и никогда. Тебе совсем не стоит волноваться об уволенных охранниках.

— Но это же… из-за меня, — выдаю чуть слышно, до сих пор отказываюсь осознавать и принимать свершившийся факт. — Это же я виновата."

"— В чем? — фыркает. — В их хреновой работе? Они успели совершить все ошибки, которые могли. Давать второй шанс будет только полный идиот.

— Амир…

— Звезда моя, — обрывает грубо, заставляет вздрогнуть. — Ты лучше про себя переживай. О других не парься. Будешь много думать — башка треснет.

— А если я тебя разочарую, — нервно закусываю губу, усмехаюсь. — Тоже уволишь? Не дашь другого шанса?



— Тебе дам, только накажу, — обдает холодом.

 — Жестко. Больно. Тебе не понравится. Но ты же девочка умная, рисковать не станешь. Вот и сбрось напряг.

Еще одна карета проносится мимо на полном ходу, а следом за ней по дороге движется бирюзовый «Мазератти», лениво и вальяжно проезжает мимо сверкающих витрин.

Я отмечаю детали на автомате.

Неприятный запах забивается в ноздри. Оборачиваюсь и понимаю, что мы проходим известную школу верховой езды. Да, роскошные жеребцы это не всегда одна лишь романтика.

Толпа китайских туристов.