Хочу тебя в долг

Не шла на встречу с тем придурком Андреем, который подставил меня.

— Чего дрожишь? — хмыкает амбал. — Заглотить не терпится?

Похоже, он принимает дрожь отвращения за трепет возбуждения. Обманывается в моих чувствах. Хотя… мое мнение его не заботит. Уверена на все сто. Ему глубоко наплевать.

— Дай мне язык, — приказывает. — Наружу высунь.

Одобрительно похлопывает ладонью по щеке, толкается между губами, вводит жилистую плоть внутрь.

Начинаю задыхаться. Резко. Сразу. Судорожно дергаюсь. Воздуха мало, дыхание перехватывает. Слезы градом льют по щекам. Плотину контроля вмиг прошибает насквозь.

Громила прекращает свои движения. Извлекает разгоряченную возбуждением палку из моего рта.

— Что за дерьмо? — хмуро сдвигает брови. — Какого хрена рыдаешь? Прекращай свой спектакль. Меня такие темы не заводят. Мои бабы кайф ловят. Заглатывают так, что причмокивают, сосут и от радости текут.

Его вкус. Солоноватый. Пряный. Его запах. Терпкий. Мускусный. Его жар. Жуткий.

Я пропитываюсь этим. Я теряюсь в ледяном океане. Едва соображаю, что происходит, едва различаю реальность вокруг.

Шмыгаю носом, лихорадочно вытираю слезы. Нужно срочно успокоиться. Не хватало еще разрыдаться перед ним. Надо сосредоточиться. Вернуться к своему образу.

— Я… никогда… я просто… никогда… не… — нормально выразиться не выходит, удается лишь сбивчиво бормотать.

— Что? — спрашивает резко. — В рот не брала?

— Мало практики, — выдавливаю наконец.

— Тебе сколько вообще? — кривится. — Двадцать пять? Хочешь, чтобы я в этот бред поверил? Купился на такой палевный развод? Совсем за дебила держишь?

— Может, вы сами покажете, как вам нравится? — роняю нервно.

Глава 10

Громила выдает ругательство. Пошлое. Грязное."

"Намереваюсь сформулировать просьбу иначе, повторить четче. Но мужские пальцы обхватывают лицо, надавливают на челюсти, заставляя снова широко открыть рот, и дальше начинается практическое занятие.

Разминка окончена.

Раскаленный орган как питон проскальзывает в горло, входит рывками, неизбежно и неотвратимо пробирается внутрь, проникает глубже, забирается до самого предела, до упора. Растягивает меня медленно и неумолимо, наполняет своим ядовитым жаром, пронизывает отравленной похотью. Впечатление, будто глотку железным копьем вспарывают, насквозь протыкают, заставляют кровью захлебываться.

Но крови нет. Только слюни и сопли. Просто ощущение странное, прежде ничего подобного не испытывала. Под ребрами тревога разливается. Саднит и ранит.

Амбал насаживает меня на здоровенный разбухший член. Медленно и методично толкается вглубь. Мое лицо оказывается вдавлено в его живот, в стальной пресс, покрытый густой порослью волос. Отвращение затапливает с головой.