Хищная

Она вплотную стоит к большому окну во всю стену и смотрит вдаль.

Меня будит телефонный звонок. Это Егор.

— Чувак, ну что? Когда у вас новоселье?

— Да вот, сейчас переедем окончательно и соберу вас всех.

— Ты уже остепенился и решил стать семейным? — Смеётся Кузнецов. Он за все эти годы так и не нашел себе постоянную девушку. Его самые долгие отношения длились два месяца.

— Ну, наверное, не знаю. А что?

— Есть заманчивое предложение.

— Какое?

— Затусить, как раньше. Завалиться в какой-нибудь клуб нашей компанией.

— Я за, но сам понимаешь, что мне теперь сложно будет объяснить Оле, куда я ушел на всю ночь.

— Ну скажи, что решил остаться у предков в «Золотом ручье».

— Давай я посмотрю по ситуации, как будет складываться наша семейная жизнь. Если она, как и раньше, не будет ни в чем меня подозревать, то можно будет сгонять.

Я положил трубку и вышел из комнаты сводной сестры. Теперь уже навсегда.

Совместная жизнь с Олей протекала очень спокойно. Она по-прежнему ни в чем меня не подозревала, поэтому я изредка выбирался с Егором в клубы и продолжал поиски неизвестно кого.

— Знаешь, мне даже немного обидно, что Оля вообще меня ни к кому не ревнует, — сказал я однажды Егору.

Он задумчиво затянулся сигаретой.

— Потому что возле тебя нет той, кто может тебя от нее увести. И она это знает. Мы все это знаем, Макс. Даже ты это подсознательно понимаешь.

Я в удивлении на него посмотрел.

— Откуда такая уверенность?

Он мне ничего не ответил. Молча пил виски и курил. Потом повернулся ко мне и крепко меня обнял.

— Макс, ты мой лучший друг. И я тебе всё прощаю.

Что он мне прощает? Мы же с ним даже не ругались никогда.

— Ты тоже мой лучший друг, Егор. — Я обнял его в ответ.

Немного странный диалог, но Кузнецов вдрызг пьян, поэтому ладно. Да, в общем-то, и я уже пропустил несколько стаканов виски.

— Она нас всех кинула, Макс. Всех. Я уверен, что она даже через свою Вику переступила, — завыл он мне в плечо.

Я опешил.

— Ты о ком?

— О ней. Я так ее ненавижу... Ты бы знал.

Так, Кузнецова понесло. Раньше, когда Егор напивался, он говорил о том, какая стерва моя сводная сестра. Но в последние года три или четыре он ее уже совсем не вспоминает и говорит все время о некой «той», которую ненавидит. При этом, когда протрезвеет, он молчит, как рыба, и отказывается пояснять, кого имел ввиду.

— Егор, может, тебе девушку постоянную найти? Что ты меняешь их, как перчатки? Ты вообще когда-нибудь с кем-нибудь встречался нормально?

Он от меня отстранился, снова глотнул из стакана и затянулся новой сигаретой.

— Не нужна мне постоянная девушка, Макс. Это больно. Она может кинуть. Или уйти к лучшему другу.

— Что за бред ты несёшь?

— Не бред. Я знаю, о чем говорю.

Я лишь закатил глаза.