Хозяйка дома у озера (СИ)
В наказание меня выдали замуж за незнакомца. Меня, дочь короля! Лицо своего жениха я увидела только у алтаря. Если это, конечно, можно назвать лицом… Теперь я живу в доме у озера. С тем, кого боюсь больше всего. У меня нет слуг, и на жизнь мне приходится зарабатывать своим трудом. Но я это заслужила. Точнее, не я, а инфанта, в тело которой я попала. Но не зря её прозвали Мерзкой Даниэлой, не зря она получила в мужья королевского палача. Мне же досталось её тело и чужой мир в придачу. И как долго я буду скрывать от него своё истинное лицо? Но он же прячет от меня свое…
Я просто отвечаю тебе тем же.
Палач встает с табурета. И я сразу замечаю, что каждое движение доставляет ему сильную боль, что он умело скрывает под своей маской. Но ему не удается меня обмануть, я слишком хорошо его знаю…
Палач невозмутимо наливает мне из кастрюльки горячий кофе.
— Его мне привезли из далекого Иофлиума. Зерна сначала обжаривают, а потом варят.
Я делаю глоток и от удовольствия прикрываю глаза.
— Мне нравится, — с улыбкой замечаю я и смотрю на палача.
На нем нет его обычной маски. Сейчас на нем один лишь мешок палача, в котором помимо прорезей для глаз есть еще один — для рта. Отчего мой взгляд невольно прилипает к его губам, ведь они у него такие притягательные. Я бы даже назвала их чувственными…
— Да, Даниэла, губы у меня вполне нормальные, — замечает Таддеус, отчего я прихожу к выводу, что он тоже изучил меня за это время. — Но это не повод так на меня глазеть.
— Вот еще, сдались мне твои губы! Просто я не понимаю, зачем тебе эта маска, коли у тебя такие губы?!
— Не для красоты, это уж точно. Маска сделана из металлиума, который прекрасно отражает солнечный свет.
— А чем тебе не угодило солнце?
— От солнечных лучей меня не спасает даже плотная ткань. Без маски мое лицо начинает гореть так, словно в него плеснули кипящим маслом.
Я тут же прикусила язык, хотя после такого ответа вопросов у меня появилось еще больше.
Хм, странно. Я думала, что трагедия произошла с ним как минимум год назад, а то и больше. Его шрамы и рубцы давно должны были зажить.
— Но так бывает лишь со свежими ожогами! Или та ведьма, которая с тобой это сотворила, сделала тебе что-то еще?! — Я вопросительно смотрю на палача, проклиная себя за любопытство.
— Даниэла, я не собираюсь с тобой откровенничать, это еще заслужить нужно. У тебя у самой столько секретов, что я не перестаю удивляться! — Палач вдруг с грохотом ставит чашку с недопитым кофе, отчего на деревянной столешнице появляются темные лужицы. Затем резко встает и уходит, сильно прихрамывая. Я же остаюсь в гордом одиночестве, испытывая смешанные чувства. Но когда раздается оглушительный стук входной двери, мне и вовсе становится не по себе.
И что он так взбеленился?! У меня больше поводов на него злиться, но я же так себя не веду!
Мой взгляд случайно падает на приоткрытую чугунную дверцу печи, хотя я прекрасно помню, что закрывала её на задвижку. Я всегда строго слежу за этим, ведь во время готовки об неё можно обжечься.
Мигом я оказываюсь около печи.

















