Хозяйка дома у озера (СИ)
В наказание меня выдали замуж за незнакомца. Меня, дочь короля! Лицо своего жениха я увидела только у алтаря. Если это, конечно, можно назвать лицом… Теперь я живу в доме у озера. С тем, кого боюсь больше всего. У меня нет слуг, и на жизнь мне приходится зарабатывать своим трудом. Но я это заслужила. Точнее, не я, а инфанта, в тело которой я попала. Но не зря её прозвали Мерзкой Даниэлой, не зря она получила в мужья королевского палача. Мне же досталось её тело и чужой мир в придачу. И как долго я буду скрывать от него своё истинное лицо? Но он же прячет от меня свое…
Мне очень не хочется ему врать, но я вынуждена это делать. Не могу же я вот так сходу вывалить на него новость о ребенке, который будет жить с ним под одной крышей! Нет, сначала мой муж должен с ним познакомиться, заглянуть в наивные детские глаза, а также ознакомиться с разрешительными бумагами на усыновление…
— К невесте?! Зачем она тебе понадобилась?
— Боюсь, я связала недостаточно длинную накидку. А вдруг это не понравится Ингрид, а свадьба совсем скоро…
— Да, скоро, Даниэла. И это будет настоящая королевская свадьба. — Палач не сводит с меня пристального взгляда. — Но еще утром тебе было ничего не нужно, откуда такая срочность?! Но я в любом случае мог бы послать за тобой карету. А насчет Ингрид… её сейчас нет во дворце. Но мне кажется, твои страхи надуманные. Пусть эта накидка будет такой, как ты считаешь нужной. Наверняка королевская невеста думает также, как и ты.
— Откуда тебе это знать?! Ингрид показалось мне очень капризной.
— Уверяю тебя, это не так.
— Ну, конечно! Она вас всех словно бы околдовала!
Я тут же начинаю с ним спорить, потому что мне во что бы то ни стало нужно задержаться во дворце и встретиться с Гарольдом.
Но, увы, Чудовище слишком хорошо меня знает, поэтому он чувствует, когда я ему вру…
— Даниэла, выкладывай начистоту, зачем ты пожаловала во дворец? Иначе я подумаю, что ты гоняешься за чужим женихом! И пускай у нас с тобой не совсем обычная семья, я все-таки твой муж!!
Пришлось мне ему все рассказать. И, как это ни странно, он довольно спокойно встретил эту новость. Мало того, он даже пообещал замолвить за мальчугана словечко!
Но я все еще не могу отойти от такого потрясения:
— Таддеус, ты действительно не злишься?
— Даниэла, неужели ты думала, что я настолько бессердечный, что отправлю несчастного сироту обратно к его мучителю?!
— Нет, но…
— Скажи мне фамилию мальчика. Для разрешительного письма это необходимо.
— Но я её не знаю! — ошарашенно выдыхаю я.
От волнения меня начинает всю трясти…
— Даниэла, не успела ты отойти от одной беды, как уже нашла себе другую, — на удивление мягким, будто обволакивающим меня голосом замечает палач. — Почему ты не узнала у него фамилию?
— Да потому что он немой! — вырывается у меня вместе со слезами, которые я так долго держала в себе.
Но чудовище даже не удивлен, он лишь достает из кармана платок и протягивает его мне со словами:
— Даниэла, замужество пошло тебе на пользу. Но я всегда знал, что ты не такая… — Он смотрит на меня долгим испытующим взглядом. — Скоро между нами не будет тайн, обещаю тебе… Жди меня здесь, Даниэла.
Палач скрывается за какой-то дверью. Я же промакиваю его платком глаза, и тут замечаю на нем монограмму.

















