Хулиганка для Маньяка

Я аж подскакиваю от возмущения и рвусь вперед, еще не совсем понимая, что буду делать. Правда мозгов хватает притормозить и аккуратно, ничем не выдавая своего присутствия, заглянуть в просвет между дверями.

Андрей сидит на диване, разметав руки по спинке, а перед ним, опираясь ладонями на его колени, стоит Анечка. Я вижу ее практически голую жопу, которой она плавно водит из стороны в сторону. Золотистый шнурок стрингов теряется где-то в междубулочном пространстве. Злюсь. Хочется взять линейку, подкрасться и со всей дури щелкнуть, так чтобы прижгло.

– Андрей, – голос с блядским придыханием, – ты так напряжен.

Шагает пальчиками по его бедру, откровенно подбираясь к ширинке.

Я молчу, не дышу, наблюдаю. Пытаюсь договориться со своим внутренним боевым гномом, готовым достать огромную секиру и ринуться в бой, и объяснить ему, что у меня нет никаких причин воевать. Мне никто ничего не должен, кругом взрослые люди…

– Я могу помочь тебе расслабиться.

– Да ты что, – хмыкает он, – интересно как?

Вместо ответа она опускается перед ним на колени и тянет за ремень.

* * *Нет, это как вообще называется? Что за разврат? Почему эта курица так настойчиво к нему липнет? Почему он ее не останавливает? И почему, черт подери, я так сильно сжимаю кулаки, что ногти в ладони впиваются?

Надо уходить, а я не могу. У меня походу что-то внутри поломалось. Оборвалась связь между мозгом и всем остальным телом. Потому как серое вещество в голове вроде еще пытается выдать что-то разумное, а вот все остальное подводит. Ноги приросли к полу, сердце навязчиво пытается протиснуться между ребер и выпасть на пол.

Аня тем временем продолжает воевать с ремнем, а Крапивин не шевелится, так и сидит, раскинув руки в стороны, и наблюдает за ней без единой эмоции."

"– Не получается, – смущенно смеется она, – поможешь?

– С удовольствием, – соглашается Андрей. Берет ее за плечи и разворачивает лицом к двери. Я едва успеваю юркнуть за угол, чтобы меня не заметили, – выход там. Вперед.

Аня растерянно хлопает глазами, силясь понять, что произошло.

– Что?

– Свободна, говорю, – повторяет Крапивин.

– Но почему? – она вырывается и разворачивается с явным намерением продолжить начатое, – из-за того, что я не справилась с ремнем? Сейчас исправляюсь.

– Ремень здесь не при чем, Анна Павловна. Меня не интересуют интрижки с коллегами. Ни на отдыхе, ни в рабочее время.

– Мы никому не скажем. Это будет наш маленький секрет…

– Я не ясно выражаюсь? – в его голосе прорезается неожиданная сталь, – иди к остальным. Не нарывайся.

– Но тебе ведь нравится!

Ни черта ему не нравится! Я как истинный шпион тут же прилипла взглядом к мужскому паху. Так вот, там полный штиль! Ничего не топорщится! Даже унылой кочки нет.