Хулиган. Его тихоня

Всякий раз, когда Таня выполняла свои обязанности старосты группы и хотела что-то от меня получить, она посылала ко мне Улю.

Когда ей нужно было что-то сообщить мне, она говорила об этом Ульяне, чтобы та передала мне. Сначала Уля воспринимала все достаточно легко, но чем дальше, тем больше она раздражалась.

Мне не нравилось находиться в этой ситуации. Но дело было уже не в Леше, я была уверена в этом. Возможно, дело было даже не в Ульяне. Было что-то еще, что-то что вызывало ее неприязнь ко мне.

Но я была уверена, что сейчас дело было точно в Ульяне и в том, что я, похоже, разрывала их дружбу.

— Знаешь, мне надоело играть роль твоего посланника, — огрызнулась Ульяна. — Она здесь, Таня. Спроси ее сама.

Я в шоке уставился на Улю. Неужели она только что сказала то, о чем я подумала? Мой взгляд медленно переместился на Таню. Я неловко поежилась, когда на ее лице появилось холодное выражение.

О Боже… Ульяна только что заставила Таню возненавидеть меня еще больше.

Мне захотелось убежать, пока она не взорвалась, не вышла из себя. Но Уля все еще продолжала держать меня, и как бы я ни старался вырвать свою руку, она не отпускала.

— Что ты только что сказала? — Таня произнесла это тихим, почти что свирепым шепотом. — Серьезно? Ты поддерживаешь эту суку?! Ты что, не понимаешь…?

Холодная ярость, с которой она произнесла эти слова, заставила меня почувствовать острую боль в районе сердца.

И, судя по выражению лица Ульяны, она не собиралась оставлять слова Тани без ответа.

— Не смей так говорить о Ксюше! Я не…!

Прежде чем они успели затеять полномасштабный скандал из-за меня, я привлекла внимание Ульяны, встав прямо перед ней. Встав спиной к Тане, я стала надеяться, что она не была настолько зла, чтобы воткнуть в мою спину, если не нож, то хотя бы ручку.

— Я не смогу прийти на твою вечеринку, — сказала я ей.

К счастью, Уля была из тех людей, которые были не способны долго удерживать свой гнев. Она вздохнула в отчаянии и уперла руки в бока.

— Ксюш, тебе нужно чаще выходить в люди. Хватит сидеть в четырех стенах.

— Уля, как бы мне ни хотелось пойти, я действительно не могу. Мы выезжаем завтра в четыре утра, помнишь? А у меня еще даже сумка не собрана. Я не могу.

— А-а-а, точно… Я совсем забыла.

Растерянное выражение на ее лице заставило меня улыбнуться. Должно быть, она действительно хотела, чтобы я пришла. От этой мысли я почувствовал себя чуточку счастливей.

— Я тоже не смогу, — отозвалась Таня у меня за спиной.

Услышав слова подруги, Уля стала выглядеть еще более опустошенной. Она обогнула меня и подошла к Тане.

— Что? — простонала она раздосадованно. — Но почему?

— Я занята.

В том, как она ответила, было что-то, что заставило меня насторожиться и даже заподозрить неладное.