Хулиган. Его тихоня

— Прости, — сказала она своим мягким, чуть виноватым голосом, отчего мой член моментально дернулся в трусах.

Бля-я-ять….

— После второй и последней пары ты ждешь меня возле аудитории, поняла меня? — она быстро кивнула мне. — Хорошо, а теперь пойдем поедим.

Я услышал, как она выдохнула, когда я отошел и дернул ее за руку. Мы шли молча, пока я не привел Ксюшу к столу в кафетерии, за которым встретил ее вчера. Я заставил ее сесть, нажав на плечи, а затем наклонился к ней.

— У тебя обед с собой? — спросил я, вспомнив, что вчера она была здесь со своей едой.

— Нет, я сегодня его забыла. Ты появился слишком неожиданно и я вспомнила только про сумку, — прошептала расстроена она, будто только сейчас осознала свою ошибку.

Я кивнул, велел ей остаться, а сам направился за обедом. В кафетерии воцарилась напряженная тишина. Никто не двигался и не дышал. Меня не часто замечали здесь, а потому были не только напуганы, но и удивлены. Когда я подошел в начало очереди, люди засуетились, безоговорочно уступая мне.

Я уже давно перестал обращать на это внимание.

Я стал изучать еду, которая была в наличии и понял, что забыл спросить Ксюшу, что она хотела на обед. Ну и ладно, выберу на свой вкус.

Я выбрал, расплатился и вернулся к Ксюше, сев на место напротив нее и пододвинув к ней поднос. Ее глаза расширились при виде горы еды, но она ничего не сказала. А я взял себе тарелку с макаронами и котлетой, принимаясь есть.

— Что это была за девушка с тобой? — спросил я.

Ксюша перевела на меня взгляд и ее лицо стало озадаченным.

— Одногруппница, — заикаясь, ответила она, дрожащей рукой беря с подноса сладкую булочку. — Она милая, дружелюбная и очень х-хорошая!

— Имя?

— Ульяна, — ответила она, роняя глаза в стол.

Я кивнул, накалывая макароны вилкой.

— Вы подруги?

— Нет, но она иногда со мной разговаривает. Она очень милая.

— Ты уже говорила это.

Какого хрена она повторяла одно и тоже?

— Потому что это правда, — серьезно сказала она.

А-а-а, я понял… Ксюша испугалась, что я спрашиваю имя Ульяны, чтобы найти ее и, возможно, что-то с ней сотворить.

Это стало понятно, по ее побледневшему выражению лица, когда я поинтересовался именем той девчонки. Я продолжил есть, пытаясь удержаться от довольной ухмылки.

Очевидно, она слышала слухи обо мне и верила им.

— Ульяна, значит… — протянул я, играя на нервах Ксюши, которая вздрогнула, услышав меня."

"Я больше ничего не сказал и продолжил есть. Ксюша так же молча доедала свою булку. Я изучал ее и знал, что Ксюша чувствовала на себе мой проницающий взгляд, отчего ее щеки стали розоватыми. Она бросила на меня быстрый взгляд и так же быстро опустила свои прекрасные глаза.

Она была до безумия очаровательна.