Контрольный поцелуй

А Анна Степановна старается изо всех сил…

Запыхавшись от страстной речи, женщина перевела дух.

– Неужели никто никогда не интересовался, откуда у центра столько денег?

– Оформляем как пожертвования анонимных спонсоров, – сообщила Савостина, – все просто.

– А девочка Оля откуда взялась?

Жанна Яковлевна снова приобрела пепельный цвет лица и почему-то нервно взглянула на телефон.

– Ей-богу подбросили, иду на работу – смотрю, у дверей спит на старой куртке от тренировочного костюма.

Никакие мои просьбы и увещевания не пробили брешь в глухой защите. Савостина на все лады повторяла, что Оля просто лежала у ворот. Ни угрозы, ни предложение денег не поколебали врача. Она только упорно твердила:

– Клянусь всеми святыми, подбросили.

Устав от бесплодных разговоров, я пошла на выход и на пороге сообщила:

– Я вам абсолютно не верю, приду еще раз завтра и, если не скажете правду, доложу начальству о вашей «торговле».

Но Савостина неожиданно проявила твердость.

– Наговаривайте на меня сколько угодно, у нас все документы в порядке и доказать что-либо очень и очень трудно. А станете пакостить, сообщу, что вы вымогали у меня взятку, и свидетелей приведу. Так что уходите подобру-поздорову, вам незачем больше появляться, ничего я не боюсь.

«Да, – подумала я, закуривая на лестнице, – ничего не боишься, кроме одного – честно сказать, кто велел отдать Полину».

За дверью послышался голос Савостиной:

– Котэ?

Ага, звонит по телефону. Я приложила ухо к филенке. Ну, спасибо вам, московские строители, за двери из картона. Слышно так, будто стою в прихожей.

– Послушай, – взволнованно говорила Жанна Яковлевна, – во что ты меня втравил? Говорил, никаких сложностей не будет, а сейчас приходила баба из прокуратуры, въедливая такая, интересовалась девочкой.

Воцарилось молчание. Потом Савостина ответила:

– Нет, не сказала, но пообещала завтра опять появиться. Сейчас к тебе приду, не по телефону же говорить.

Я понеслась вниз по лестнице и села в «Вольво», радуясь тонированным стеклам. Примерно через полчаса Жанна Яковлевна вышла из подъезда. На ней был дешевый китайский костюм, на ногах растоптанные тапки из кожзаменителя. Похоже, она и впрямь все деньги вкладывает в центр.

Я завела мотор и последовала за ней. Очевидно, ей не приходила в голову мысль о возможности слежки, потому что она ни разу не оглянулась, а просто села в подошедший троллейбус.

Я пристроилась сзади и медленно двинулась по маршруту, тормозя на остановках. Минут через сорок троллейбус добрался до Крымского и развернулся на кругу. Люди стали выбираться из машины, Савостина вылезла последней и почти побежала к семнадцатиэтажному блочному дому с синими панелями.