Крепостная
Надюша не любила деревню, мужа - пьяницу, и свою жизнь, в которой не была себе хозяйкой. Обдумав, она уехала в город, который подарил ей профессию, друзей. А к старости судьба подкинула подарок - очнуться в теле молодой девушки. Только вот, крепостной! Пусть и не Чернушка, а помощница у барыни. Да и тут жизнь не сахар. А как отменили крепостное, так и вовсе за голову взялась: куда идти, как жизнь свою устроить? А тут и барыня преставилась, черти её возьми, в неподходящий момент. И барин - подкаблучник "мышей не ловит". А сынок их - великовозрастной балбес и мот. Вот такие вот дела.Бытовое фэнтезиВынужденный, но любопытный брак🔥🔥🔥Позитивный настрой книги😂😂😂Хэппи энд и петушки на палочках!!!Мать обложки - Валерия Пономарёва
— Нет, вы что? Я его не продаю! – она выставила руки перед собой.
— А я не покупаю. Вы кормили и поили его, не работали, чтобы сидеть с ним, не дали его в обиду! Если бы здесь был его дед, он нашел бы и дал вам червонец! А еще, если вам что-то понадобится. Вдруг! У вас есть наш адрес. Это город, но на деле деревня. Там нужно много работать, но никогда не останешься голодным. Я жена его деда. Его бабушка, - посмотрев на младенца, я снова улыбнулась.
Глава 55
Хоть на улице и стало уже достаточно светло, туман еще не рассеялся. Выйдя на дорогу, остановила пролетку и попросила отвезти туда, где можно остановиться. Я понятия не имела, были ли уже гостиницы или надо было искать постоялый двор. Мне необходимо было сесть где-то, чтобы освободить руки от саквояжа и узла с пеленками.
Вынула из своих вещей теплый платок, завязала его вокруг себя через плечо, чтобы получилось что-то вроде кокона, и, потуже запеленав мальчика, уложила в эту получившуюся переноску. Нужно было решать что-то с едой для крошки.
— Барышня, вам, поди, поприличнее надо, с дитём-та? – возница повернулся и осмотрел меня, скорее всего , чтобы убедиться в моей платежеспособности.
— Да, получше, но чтоб не шибко дорого, - скромно ответила я.
— Тады в Димут повезу. Там ранеча едальня была, а чичас и нумера имеютси. Заездным домом Димута зовут. На Ледокольной. А нынче принялись набережной Мойки называть, - немолодой уже возница оказался разговорчив.
— Слушайте, мил человек, - обратилась я, вспомнив про письмо от Евгения. До последней минуты я не хотела к нему обращаться. Но стало страшно: вдруг гостиница дорогая, да и молока для ребенка тут не как в деревне: на каждом углу, - А вот этот адрес, он далеко от этого Димута вашего?
— Не шибко, - глянув в письмо, ответил мужик. Туда тоже надобно?
— Мне нет. а вот если туда съездите и дворнику на словах расскажете, что человеку передать и куда меня привезли, то заплачу, - уже и не думая, что заберет деньги и никуда, конечно, не поедет, предложила я.
— Могу, а чиво нет-то. Только ведь как бывает, девка… - он кашлянул и погладил подбородок, покрытый жидкой бородой, - Не всяк захочет новость такую узнать. С ребятенком-та, может, не надо было ехати?
— Да не-ет, - я улыбнулась. – Это друг. Я ребенка тут забрала. Мне его в деревню надо увезти. Так что никто на вас там с вилами не бросится!
— Тут у нас вил-то, почитай, и не сыщешь, барышня! Тут метла да лопата – все инструменты, - мужик даже хохотнул.
Сходил он сам в гостиницу, уточнил: есть ли комнаты. И только тогда пришел за нами. Я, пока его не было, осмотрела трехэтажное аккуратное побеленное здание с железным козырьком, саму реку Мойку, людей, спешащих утром по делам.
Туман отступал, да и было тут куда чище, чем в том месте, где жила нянька Германа.

















