Красный вервольф

А может он и сам сейчас все расскажет, а? Слышь, ты, как там тебя? Живо признавайся, на кого ты работаешь?

— На герра графа… — проговорил я и сглотнул. Придал лицу выражение тревожной решимости. — Я пришел сюда, потому что хочу победы Великой Германии. Моего отца расстреляли коммунисты. Моей матери пришлось…

— Алоиз, оставь мальчика в покое, — граф усмехнулся и покачал головой. Я чуть не фыркнул. Мальчика, серьезно? Хотя ладно… Кто скажет, что я девочка, пусть первый бросит камень. В графа. — Так что там было про раков? Они правда съедобные? И на что это похоже?

— Я спрашивал про этого Волкова, — гестаповец разжал, наконец, пальцы и посмотрел на графа. — Твоя непозволительная легкомысленность…

— Алоиз, не припомню, чтобы я просил твоего совета, — голос графа заметно похолодел. — Решения я всегда принимаю сам.

— Кроме тех случаев, когда твое решение может быть опасным для нашего общего дела, — отчеканил гестаповец.

— Отстань, Алоиз, мне не нравится твоя подозрительность, — граф поморщился и капризно дернул плечом. — Ты же знаешь, что я отлично разбираюсь в людях. Я знал, что возьму к себе Алекса, с первой секунды, как он вошел в дверь. Марта, почему ты еще здесь? Я же приказал принести новую одежду. И еще это… Что там полагается по форме три? Паек, карточки на посещение столовой, пропуск в бани… В общем, ты знаешь все сама, что я тебе объясняю?!

— И все-таки… — гестаповский штандартенфюрер продолжал смотреть на меня.

— Этот разговор закончен, Алоиз, — вот теперь в голосе графа зазвучал лед и сталь. Эти двое встали друг напротив друга и несколько секунд сверлили друг друга своими холодными арийскими глазами. Штандартенфюрер сдался первым и отступил.

— Так я беру на тебя пропуск на сегодняшнюю вечеринку в офицерском клубе, Отто? — как ни в чем не бывало спросил он, как будто забыв в одно мгновение он моем существовании.

Гестаповец ушел, наградив меня напоследок долгим подозрительным взглядом. Не отцепится этот хрен, стопудово. Перед графом он пасанул, конечно, но мне явно не верит. И будет копать.

Бл*ха, принесло же его. С раками этими дурацкими…

«Василий Иваныч, там белые пиво с раками пьют!»

«Да нет, Петька, не с*раками, это у них рожи такие!»

Ладно, не ссы, дядь Саш, прорвемся. И не из таких передряг выбирались! Хотя, конечно, мог ли я вообще когда-нибудь подумать, что буду устраиваться переводчиком к немецкому аристократу-искусствоведу, а его друг из гестапо будет подозревать меня в шпионаже?

Работой граф меня завалил еще до того, как Марта вернулась. В коробке были каталоги из музеев царского села. Описания экспозиций и содержимого запасников. Журналы выглядели свеженькими, кто-то явно снял для графа копии. Кто-то из музейных работников.