Красные волки

Оказывается, еще несколько лет назад на Северный Кавказ была завезена стая красных волков с Алтая. К стае присоединилось несколько местных оставшихся волков. Стая прижилась, размножилась, разделилась на две стаи. Идрисов уже несколько лет наблюдает за ними. Это проверено, все соответствует действительности. Эксперимент по восстановлению поголовья красного волка на Кавказе находится под патронатом комиссии ЮНЕСКО. Два человека с профессором – его рабочие. У всех есть оружие – старенькие двустволки-«горизонталки». Сейчас такими редко кто даже из охотников пользуется. Все предпочитают «вертикалку», наверное, из-за более брутального вида; я так полагаю, охотники тоже иногда эстетику любят. Короче говоря, пропустили мы их через перевал. Данные с документов я переписал. Майор Коваленко отправлял к вам запрос на этих людей, и, к моему удивлению, оказалось, что оба входили когда-то в банду «Красные волки». Вот здесь я вижу какое-то противоречие. Вы утверждаете, что это была даже не банда, а своего рода философское общество. По внешнему виду я бы не отнес этих рабочих к высоким философам.

– Я не утверждаю, что банды не было, – возразил капитан Нурмагомедов. – Банда начала формироваться и вооружаться, хотя что-то серьезное сделать они не успели, мы пресекли их деятельность в самом начале. Единственное, что мы могли предъявить членам банды, это «часть вторую двести двадцать второй»[9]. Но согласно закону эта статья не применяется, если оружие было сдано по амнистии и у подозреваемого нет за спиной тяжких преступлений. В нашем случае как раз и была применена амнистия. То есть бандиты уже знали, что они все под контролем, и сдались все разом, словно по чьей-то команде. Причем оружие на пятьдесят процентов было вышедшим из строя, требующим ремонта. Но доказать, что у них имелось и другое оружие, оказалось невозможным. Тогда только одному из бандитов предъявили «триста семнадцатую»[10] – он еще до вступления в банду пытался убить своего участкового. Кажется, какой-то срок ему даже дали. Но он уже проходил по полицейскому, тогда еще милицейскому, следствию, а не по нашему, и я не знаю окончания процесса.

– И вот теперь эти два бандита всплывают, вернее, пока только один всплывает. Он повредил ногу и сильно хромал там, на перевале. Я даже дал ему два тюбика пармедола. А сегодня… Вы слышали уже про расстрел двух машин на дороге в Махачкалу?

– Да, я сводку просмотрел."

"– Первые два киллера, скорее всего, должны были расстрелять меня, когда я отправился на свидание с профессором Идрисовым. Я собирался ехать на такси и говорил об этом самому Идрисову. Было расстреляно как раз такси, в котором ехал командированный офицер. А я поехал на машине нашего командира отряда, он выделил мне ее с водителем.