Куплю свое счастье

Ему будут говорить о сбое системы, промурыжат пару дней, а потом…

Потом бабки просто исчезнут. А банк напишет – а ничего не было. Вам ничего не приходило.

Это приятно иметь свой собственный банк, ради таких вот схем. С идиотами, вроде крокодила Гены.

Конечно, с серьезными людьми такая схема не прокатит. Но где крокодил Гена, и где серьезный человек?

Валькирия из опеки ест меня глазами, Ася жмется ко мне.

Смотрю на нее – побледнела, перепугана насмерть.

Чёрт, я ведь понимаю в чем дело!

Она боится, что ребенка заберут! Потому что она не мать. Это раз!

И боится, что я об этом узнаю. Это два.

Это…это треш, это три.

Надо как-то быстрее разруливать.

- Алло? Да, Анжелика, спасибо. Жду.

- Может не будем ждать? – наглое существо кривит губы. – У нас, знаете ли, времени не так много.

- Неужели? Нет. Не знаю. По-моему, у вас его навалом, если вы ходите по благополучным семьям с непонятными проверками.

- Если бы у вас было все благополучно, вы бы спокойно нас пустили, и документы показали!

- Во-первых это вы пока не показали никаких документов!

- Я показывала удостоверение.

- И что? Такое удостоверение в любом переходе клепают за пять минут. Где документ, дающий вам право прийти именно в этот дом? В эту квартиру?

Она достает папку, и с победным видом тычет мне в лицо бумажкой.

Я беру, внимательно изучая, пока жду звонка от нужного человека.

- На каком основании проверка?

- Многочисленные жалобы соседей.

- Какие?

- Шум. Дети кричат. И … вообще, не очень понятно, что эта женщина тут делает, с этими детьми!

- Это мои дети! – Ася срывается на крик, я прижимаю ее, чуть сжав больной бок, заставляя ее зашипеть от боли.

– Извини, родная, не кричи, разбудишь малышку. – обращаюсь опять к злобной чиновнице, - Это ее дети, вам ясно? Все документы у нее в порядке.

Чувствую, как Ася сжимается. Бедная моя…

Понимаю, что у меня дикое желание ее защитить, сделать так, чтобы больше никогда в жизни я не видел этого испуга в глазах!

- Алло! Да. Роберт Вахтангович? Приветствую, Вишневский. Да, тот самый. У меня проблема. К моей невесте, - специально подчеркиваю это слово, - пришли какие-то валькирии из опеки. С сомнительными бумагами. Мне кажется, это какая-то провокация. Разберитесь. Да, данные все вам предоставит мой помощник. Всего хорошего. Да, на открытии выставки, конечно, буду. Увидимся.

А теперь ждем. Сколько времени понадобится моей неукротимой Анжелике, чтобы разворошить эту кодлу.

- Вы знаете, что в случае неповиновения к вашей… невесте могут применить санкции?

Ох ты, какие мы слова знаем! С другой стороны, понимаю, эти грымзы не виноваты, им сказали «фас» они действуют.

Так что… за одно место я вздерну не их, а их руководство, которое допустило все эти траблы…

Ася дрожит. Стараюсь ее успокоить, поглаживая по голове.

У главной валькирии звонит телефон.