Куплю свое счастье

Не плохой человек, звучит обнадеживающе, для меня.

- А я какой?

- Ты? – опять губу кусает! Негодяйка! – ты… не знаю какой.

Стоит глаза потупив.

- Я самый лучший, Ася.

Вижу, как уголки губ вверх ползут, чуть-чуть, самую капельку, но от этого прям тепло-тепло в груди.

- Ты от скромности не умрешь.

- Это точно. Пошли?

Она снова голову опускает.

- Не бойся, допрашивать не буду. Это не ты мне все рассказать должна, а я тебе.

Поднимаю ее на руки и выношу из спальни – коридор пуст, выдыхаю, не хватало еще, чтобы нас застукали! Это пока рановато.

Заходим в детскую, ну, вернее пока это гостевая, но скоро будет детская.

Смешная Алёшка спит в тихо покачивающихся качелях. Слышу, как Ася выдыхает. Волновалась за нее, значит. Хорошо.

- Спит, отлично. Скоро надо будить, за стол пора, даже не знаю, обед, или уже ужин.

За окном и правда уже темно. Пока мы собирали их вещи дома, пока ждали Марусю из школы, собирали ее, потом ехали. Потом…

Ставлю Асю на ковер. Она снова становится отстраненной.

- Роман, я очень виновата перед вами.

- Ты после всего говоришь мне «вы»?

- Я вообще не знаю, что говорить!

- Я тебе помогу. Говорить буду я. Сказал же?

Вздыхает, мне становится жаль ее, так переживает, моя девочка.

Тяну ее вниз, мы садимся на ковер перед качелями.

- Гена-крокодил ко мне приходил.

- Когда? – скидывает глаза, испуганно.

- Когда? После того, как мы вернули твою дочь. Перед тем как тебя этот идиот сшиб.

- Почему ты сразу не сказал? Ты…ты же мог ее забрать?

Она реально так думает?

- Как ты себе это представляешь? – смотрю пристально, интересно, что ответит?

- Не знаю. Все права на твоей стороне, так?

Вздыхает, опять виновато опускает голову.

- Не так. И я уже не собирался в тот момент забирать ребенка. В любом случае.

- Но… я не понимаю…

- Не понимаешь? Ась, правда… совсем не понимаешь?

Она опускает голову.

- То есть… тебе не нужно было… не нужно было играть в чувства, да? Ты все знал?

- В каком смысле – играть в чувства? – тут уже я ошарашен. Она всерьез думала, что я приударил за ней чтобы малышку отнять?

Чему я удивляюсь? Именно это предложила Илона. Это что же – женская логика что ли?

Или… или это Ася играла в чувства?

- Прости.

- Так. Теперь уже я ничего не понимаю, Ася! Ты считала, что я решил за тобой поухаживать только из-за ребенка?

Молчит, не двигается, не кивает. Притягиваю ее в свои объятия.

- Или это ты отвечала мне опасаясь, что я…

- Ты что? – а вот теперь я, похоже, реально ее обидел. И сильно.

Ася закрыла лицо руками, склонилась к самому ковру, словно прячась от тех гнусных слов, которые я, дурак, произнес.

- Ася, прости меня…

- Я бы никогда… не стала, - говорит так тихо, что я ее еле слышу.

Она бы не стала. Точно. А я?

Что я могу о себе сказать? Что…реально думал об этом? А разве я думал?

Нет. Просто в какой-то момент мне башню снесло. От ее нежности.