Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии (СИ)

Покрутив ножку, вытянул ее перед собой и внезапно, склонившись, коснулся пальца губами.

Тело мгновенно опалило жаром. Я дернулась, закрыла лицо ладонями и замерла, ощущая, как он нежно вбирает палец в рот.

«Ну хоть после ванны» — пронеслась в голове совершенно дурацкая мысль.

Щеки горели огнем.

Язык принца Альманца совершал просто невообразимые движения. Дункан посасывал палец, а его ладони при этом нагло ласкали мою ногу, продвигаясь все выше. Не выдержав, я стиснула бедра.

Там где было всегда сухо, вдруг проступила влага, вгоняя в ступор.Меня охватил стыд вперемежку с любопытством. И еще появилось что-то такое в груди, плавно огненной лавой перетекающее вниз живота. Может это и была та самая запретная страсть, о которой порой шепотом рассказывали молоденькие учительницы?

— Дункан, — мой голос дрожал, — это... неприлично!

Он улыбнулся, не выпустив мой палец из плена. К слову, никакой боли там не осталось.

— Пожалуйста, ты... Ты смущаешь меня.

Как же растеряно и жалко я себя ощущала. Никто никогда не разговаривал со мной на тему того, что происходит между женщиной и мужчиной. Нет, я не была наивной, знала о физической стороне вопроса. Но чувства. Эмоции. Пугающие желания. Моей матери обсудить со мной такое даже в голову не пришло. И сейчас я смотрела на Дункана и понимала, что совершенно ничего не знаю.

— Ты боишься, Бель? — опустив мою стопу на свое колено, он попытался поймать мой взгляд.

— То, что ты делаешь... Это соблазнение? — выдохнула, борясь в душе со смятением и страхом казаться глупой.

— Да, — Дункан кивнул. — Разве ты не осведомлена?

— Я знаю, что мужчина оброняет свое семя в утробе женщины. После наступает период беременности. Он делится...

— Тихо-тихо, — Дункан подался вперед и обхватил мою голову ладонями. — Что тебя мучает, Бель? Что не так?

— Я... Я не понимаю, зачем ты... Что это за...

Боги, я готова была разрыдаться от стыда за собственную наивность.Притянув меня к себе, Дункан обнял и успокаивающе погладил по спине. Но даже эти прикосновения больше не казались мне милыми и нежными. О, нет, я чувствовала, как воспламеняется мое тело под его ласками. Как горит кожа.

— Иногда я жалею, что сослал твою мать в лечебницу, а не казнил, — шепнул он, касаясь губами моего виска.

— Что ты сделал? — промычала я ошарашенно.

— Убрал со своего пути, Бель. Жестоко и цинично. Хотя королевская лечебница для умалишённых — не самое плохое заведение. Кормят там преотлично.

— Дункан! Как ты мог?

— Да легко. — он пожал плечами. — Она закатила при мне истерику. Потребовала, чтобы я забрал тебя из Академии и признал победительницей отбора, потому как она имеет право на трон. Она! А не ты! Я смекнул, что как только эта особа пронюхает о моих чувствах — изведет мою девочку. Начнет тебя донимать.