Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии (СИ)

Пропустив завтрак, чуть не опоздала на первую лекцию. Только пристальное внимание Маркуса Триаль не давало уткнуться лбом в стол и закрыть глаза. Я вяло водила пером по листу бумаги, записывая историю создания ядов. Перечень неких растений, а в голове то и дело вспыхивали образы из сна, заставляя замирать и краснеть. Все это не оставалось без внимания учителя. Он все больше щурился, глядя на меня.

Удар в колокол, оповещающий о завершении лекции, словно вывел меня из сонного оцепенения. Вздрогнув, зевнула и размяла шею.

— Студентка Лакруа, интересно чем вы были заняты всю ночь? Ваша личная жизнь — не мое дело, но если она мешает занятиям, то я вынужден вмешаться.

Недопустимо, чтобы ученики спали на лекциях! — услышав над собой голос Триаля, моргнула и подняла голову. Даже не заметила, как он подошел.

В дверях аудитории остановился Корский и обернулся, наблюдая за мной.

— Я спала, учитель, только вот сон был как вам сказать... напряженный."

"— Спали? — Триаль приподнял смоляную бровь. — А я слышал, кто-то вчера взломал двери в заброшенные подземелья и навел там шороху. Чтобы вы не задумали, студентка, просто оставьте это и займитесь учебой!

— Подземелье? — я сделала вид, что совсем не понимаю, о чем он говорит.

— А там было что-то интересное, учитель?

Он прищурился.

— Нет... Ничего интересного конкретно для вас там быть не могло. Я уже сказал: не суйте свой нос, куда не стоит. Лучше наладьте связь с подругой. Она вам не писала?

— Нет, Майя пропала, — выпалила я, ожидая его реакцию, и Триаль меня не разочаровал.

На мгновение на его лице вспыхнула такая злоба, что страшно стало. Но вздернув нос, он снова вернул ледяное выражение.

— Вот и не лезьте никуда, чтобы так же не пропасть, — процедил он.

От возмущения у меня рот открылся, да нужных слов не нашлось.

Развернувшись, Триаль проследовал к своему столу, собрал свои лекции и вышел. Молча. Ничего более мне не сказав.

— Ты слышал? — сорвавшись с места, спешно собрала свои записи и понеслась к ничего не понимающему Корскому. — Он мне угрожал!

— Лакруа, уймись, — припечатал меня этот твердолобый. — Ты всю лекцию носом по столешнице узоры вырисовывала. Естественно, учитель сделал тебе замечание. Парни на последней парте вообще поспорили, что тебе несколько часов отработки впаяют.

Триаль же бесится, когда его лекции не слушают.

— Нет!... Что? — моя нижняя челюсть повторно отвисла. — Ты позволил кому-то спорить на меня? Ты что за брат такой?!

— А мне что нужно было из-за такой ерунды головы им откусывать? Да я сам монетку поставил на то, что пахать в теплице будешь...

— Ну ты и... — я обиделась.

Как-то даже сердце екнуло и неприятно так на душе стало. Словно я ее перед человеком распахнула, и об нее ноги вытерли.

Вот по-настоящему задело. Да пусть и пустяшный спор, но все же.