Ты - моя ошибка

Но не это главное, самое страшное случилось после, когда я вернулся домой. Ночевать захотелось в квартире. Внутри закипало непонятное чувство, без названия, без понимания и логических объяснений. Я вошел в спальню, кинул парку на стул, хотя обычно верхнюю одежду оставляю в коридоре, и плюхнулся на кровать. Сжал крепко подушку, закрыл глаза. Моя ладонь прошлась вдоль покрывала. Очередной прострел. Я знал это. Подсознательно.

Я откидывал эту мысль. Всю, чертову неделю. Бессонница. Подушка в зале. Пустые звуки телевизора. За пять дней я ни разу не зашел в спальню. Сперва думал, тупо не хочу, слишком светло здесь. Но сейчас, пазл сложился в целостную картинку – эта комната пропиталась Ульяной. Ее голосом. Ее запахом. Воспоминаниями, в которых была она. Я не заходил сюда, потому что просто не мог.

Твою мать. Какого… Какого черта… Что со мной происходит…

Глава 41 – Никита

Выходные я промаялся, очередные забеги от реальности, тренировки без остановки. Я прописался в боксерском зале. А еще переехал из спальни в зал окончательно. Закрыл дверь туда и не заходил. Меня мучила бессонница. Я слонялся по дому приведением, и не понимал, как одна глупая девчонка смогла пробраться туда, куда я никого обычно не подпускаю. Пройдет. Отпустит. Логично же. Я не умею привязываться к людям, и им не стоит привязываться ко мне. Ошибочная дорога. Дорога в никуда.

А когда настал понедельник, меня реально пробило. Новенький. Высокий такой, как я. Чуть уже в плечах, но на морду симпатичный, по крайне мере, девчонки так говорили. Фил мне его сразу показал, еще до физры. И хорошо, что показал, потому что на занятии случилось явление, не относящееся ко мне априори."

"Наша группа пришла последней, Ульяна с этим Игнатом уже были в зале. Девчонки отдельно, мальчики отдельно. Ладно, пока Митин стоял в мужской компании, я о нем и не думал даже. Тупо разглядывал Снежинку, не прямо, так искоса, пытаясь… не знаю, что я пытался разглядеть. Волосы? Нет. Грудь? Нет. Глаза? Ну, может, хотя нет. Я и сам не знал, просто хотелось посмотреть, и я смотрел.

Она заметила меня не сразу, а когда заметила, побледнев, вздохнула и мимолетно улыбнулась. И только я хотел махнуть ей рукой в качестве приветствия, как вырос этот Игнат. Он нагло перегородил обзор: начал что-то громко вещать, кривляться. Губы у меня дернулись, челюсть свело, я старательно отгонял от себя это едкое, липкое чувство. Но никак не мог. Ну не получалось.

- Как тебе мальчик? – спросил Фил, широко улыбаясь.

- До меня ему как до Москвы, - хмыкнул, закинув руки в карманы. Отвел взгляд, опять через силу, так и тянуло обратно.

- Ну, кстати, - усмехнулся Рома. – На днях они все только на него и глазели, но вот сейчас смотрю, тайком и на тебя со мной поглядывают. Но ты такой злой и вредный, а он добрый котей.