Ты - моя ошибка

Тоска по жене сменилась на тоску по сыну. Иногда он вытаскивал черно-белую фотографию, где Ник был еще мальчишкой. Проводил по ней пальцами, поджимал губы, и мысленно надеялся, что уж у его сына жизнь не будет такой однополярной. Прожитые дни не радовали, но Игорь и не стремился жить. Завещание давно сделал, где оставил все, до последней копейки Никите. Поэтому молча дожидался конца."

"Однажды к ним в храм приехала женщина. Она пыталась тоже найти утешение. У Майи, так звали эту даму, случилась аналогичная беда: муж умер, остался сын. Она пропиталась ненавистью и не знала, как быть дальше. Игорь решил помочь ей: поделился своей историей, проводил беседы, старался не дать утонуть кому-то, как утонул сам. И в эти самые моменты разговоров, он все больше понимал, что хочет увидеть Никиту. Спросить как у него дела, извиниться. Да, самое важное, извиниться. Конечно, такое невозможно простить, но хотя бы сделать шаг. Признать вину.

С этими мыслями Игорь вернулся в Россию. И даже приехал домой к Нику, да только как выяснилось, сын продал квартиру и съехал. Телефон сменил, и никакой весточки о себе не оставил. Можно было обратиться к частному детективу, но Игорь не стал. Подумал, наверное, судьба наказывает его подобным образом. Однако сердце выло от тоски, и Игорь все же выяснил номер Никиты. Занес его в телефонный справочник, хотел даже позвонить, но не решился.

И кто же знал, что Никита сам найдет отца, приедет и будет сидеть перед ним, смотреть, и даже не обвинять ни в чем. В глазах у Игоря закололо, губы дрогнули, но он сдержался.

- Врачи говорят, - вздохнул Ник, скрестив руки перед собой. – Ты хочешь выписаться. Но лучше остаться на какое-то время, пап.

- Думаешь? – спросил Новиков старший, продолжая не верить глазам. Как все-таки его сын вырос. И в плечах шире стал, и улыбка добрей, а главное – в глазах не было больше злости и корки льда. Он словно открылся этому миру.

- Думаю, - кивнул Ник. – Я спрошу насчет таблеток и лечения. Да и если тебе что-то… нужно, ты говори.

- У меня нет твоего номера, - сходу сказал Игорь. Ему вдруг подумалось, что если сейчас сын скажет сам заветные цифры, то не все потеряно. Да и откровенно говоря, хотелось слышать голос этого мальчишки чаще, хотя бы вообще слышать. Он напоминал о самой прекрасной женщине в мире. И если раньше этот голос вызывал гнев и раздражение, то сейчас в сердце наступал штиль. Долгожданный покой.

- Где твой телефон? Я запишу…

- А-а-а-а! – послышался в коридоре детский писк. Ник оглянулся, замечая Даньку, который убегал от Ульяны. Весело ему было, в руках уже какую-то игрушку держал. Потом заметил отца, и детский любопытный нос потянулся в сторону дверей. Секунда друга, и вот уже маленький Даня стоит возле кровати, сжимая, деревянную змею.